Владимир Афанасьевич Обручев (работа 1)

Владимир Афанасьевич Обручев

Володар ЛИШЕВСКИЙ

После завершения среднего образования в 1881 г. он решил поступить в Горный институт в Петербурге. Окончание его давало возможность работать на Урале, Кавказе и путешествовать. Так будущий ученый хотел осуществить свою мечту, которая возникла еще в детском возрасте, – стать путешественником.

«Когда мне было 6...7 лет, – вспоминал позже Владимир Афанасьевич, – моя мать по вечерам читала мне и моим братьям сочинения Купера... Потом родители стали покупать нам сочинения Майн-Рида и Жюля Верна. Мы мысленно одолевали льды Арктики, поднимались на высокие горы, спускались в глубины океанов, изнывали от жажды в пустыне, охотились за слонами, львами, тиграми, переживали приключения на таинственном острове...

И тогда я решил, что, когда вырасту, сделаюсь путешественником...

В этих любимых книгах мне нравились не только охотники и моряки; в них часто описывались ученые, иногда смешные и донельзя рассеянные, как Паганель в «Детях капитана Гранта». Ученые знали название камней и растений, определяли морских рыб через окна «Наутилуса», находили выход из трудных положений. И мне хотелось сделаться естествоиспытателем, открывать неизвестные страны, собирать растения, взбираться на высокие горы за редкими камнями».

Несмотря на большой конкурс (в тот год в Горный институт принимали всего 40 человек), Обручев успешно сдал вступительные экзамены и был зачислен на первый курс.

Учеба продвигалась успешно. Но вдруг на третьем курсе Владимир стал писать стихи, рассказы и решил бросить институт, чтобы всецело заняться литературным трудом. О своем намерении он сообщил преподавателю Полозову, который с трудом отговорил юношу от принятого решения и убедил его в необходимости окончить высшее учебное заведение. Только имея какую-либо специальность, говорил Полозов, можно стать настоящим писателем; активная деятельная жизнь дает необходимый материал для литературной работы.

После окончания третьего курса В.А. Обручев принял участие в геологической экскурсии вдоль реки Волхов, которую проводил профессор И.В. Мушкетов. Встреча с умным, много знающим преподавателем, умеющим захватывающе интересно рассказывать о своем предмете, сильно повлияла на юношу и определила его дальнейшую судьбу. Он решил стать геологом.

После окончания Горного института в 1886 г. Обручеву предложили принять участие в экспедиции в Среднюю Азию, где строилась железная дорога от Каспийского моря к Самарканду. Строителям потребовалась помощь геологов для нахождения источников воды и способов закрепления песков.

За три месяца Обручев прошел вдоль Копетдага, углубляясь в пустыню Каракум, обследовал долину реки Теджен до афганской границы, потом по долине реки Мургаб спустился до города Мерва (ныне Мары), затем пересек пески и вышел к Амударье у Чарджуя (Чарджоу). Вместе с Обручевым шли два казака (для охраны).

«По неопытности я не завел себе палатки, – вспоминал впоследствии ученый. – Часто ночевал под открытым небом, питался иногда одними сухарями и чаем, если не попадалась дичь или не было кочевников, у которых можно было купить барана».

В конце 1886 г. Обручев вернулся в Петербург и опубликовал отчет об экспедиции. В следующие два года исследования в Средней Азии были продолжены, а результаты их отмечены Географическим обществом серебряной и золотой медалями.

Молодой ученый предлагал вести борьбу с подвижкой песков тремя способами: сохранять всюду естественную растительность (полный запрет на заготовку топлива и выпас скота в полосе железной дороги, близ населенных пунктов, пашен, садов), возобновлять растительность там, где она уничтожена, посадкой растений-пескоукрепителей и осуществлять мероприятия по механической защите от перевеваемого песка. Классификация типов песков (бугристые, грядовые, барханные, стенные), предложенная Обручевым, сохранилась до настоящего времени. Много других выводов, объяснений явлений, происходящих в пустынях, терминов введены в науку Обручевым, общепризнаны и стали ее золотым фондом.

Летом 1887 г., когда молодой ученый после окончания геологических исследований вдоль Закаспийской железной дороги составлял отчет о своей экспедиции, при Иркутском горном управлении впервые была учреждена должность штатного геолога. По предложению И.В. Мушкетова на нее был назначен В.А. Обручев. 12 сентября 1888 г. он вместе с женой и маленьким сыном отбыл к месту новой службы.

Путешествие было долгим и трудным. До Нижнего Новгорода ехали но железной дороге, потом до Перми по Волге и Каме – на пароходе, затем снова по железной дороге до Тюмени. Дальше железной дороги не было. До Томска пришлось добираться на пароходе по Туре. Тоболу, Иртышу, Оби и Томи, а последние полторы тысячи километров трястись в тарантасе. Весь переезд из Петербурга в Иркутск занял более месяца. (Теперь этот путь поезд покрывает менее чем за 4 дня, а самолет – за 7 часов.)

Зимой Обручев знакомился с литературой, а в мае 1889 г. начал изучение геологии Восточной Сибири и поиск полезных ископаемых. Он исследовал Ленский золотоносный район, берега реки Ангары, окрестности озера Байкал, другие места Сибири.

Условия работы из-за бездорожья были очень тяжелыми. Ученый вспоминал: «Вьючные лошади местами увязали до брюха, что вызывало остановки; казаки спешивались и помогали лошадям подняться или развьючивали их, вытаскивали из грязи и опять вьючили. В лесу вьюки нередко зацеплялись за деревья и расстраивались... Гнус, в виде комаров и мошки, вился тучами над лошадьми и всадниками... люди ехали в черных сетках-комарниках, усиливавших духоту знойного и влажного летнего дня».

Путешественнику приходилось часто спать на земле у костра, бродить по трудно проходимой местности, страдать от насекомых, мокнуть под дождем или в болоте, спускаться со свечой в сырые и холодные шахты, вырубленные иногда в вечной мерзлоте. Но Обручев был неутомим. Он обследовал штольни, шахты, штреки, карьеры, по вечерам разбирал и сортировал образцы, вел дневник, делал зарисовки, чертил карты.

В 1892 г. Обручеву предложили принять участие в экспедиции Г.Н. Потанина в Китай. Потом он напишет о нем книгу, в которой расскажет об этом замечательном исследователе природы и населения Внутренней Азии, Алтая и Казахской степи. В предисловии к книге ученый отмечает: «Всем известно имя Н.М. Пржевальского, знаменитого русского путешественника, который первый проник в глубь Внутренней Азии...

Гораздо меньше известно широким кругам советских читателей имя Г.Н. Потанина, изучавшего Внутреннюю Азию в те же годы и совершившего пять больших путешествий по Монголии, Китаю и восточной окраине Тибета. Исследуя природу Монголии и Китая, изучая быт, обычаи монгольских и тюркских народностей Азии, он подолгу жил в селениях, городах и монастырях. Потанин входил в тесное общение с населением, чему много способствовала его жена Александра Викторовна, сопровождавшая Григория Николаевича в путешествиях (кроме последнего), подчеркивавшая своим присутствием их мирный характер и имевшая доступ в семейную жизнь, закрытую для постороннего мужчины».

Обручев с радостью принял приглашение. Так как путешествие обещало быть долгим, он отправил жену и двоих сыновей в Петербург. До Томска они добирались с караваном золота, который два раза в год отправляли из Иркутска в Петербург, а дальше – пароходом и по железной дороге.

В 1892...1894 гг. Обручев в качестве геолога экспедиции Русского географического общества, возглавляемой Потаниным, прошел «от Кяхты до Кульджи» – так и называется впоследствии написанная им книга. Чтобы не привлекать к себе внимания местного населения, он путешествовал в китайском костюме.

Работа была очень тяжелой. Надо было вести геологические наблюдения, маршрутную глазомерную съемку, так как подробные карты отсутствовали, производить барометрические замеры высот, собирать всевозможные образцы, обрабатывать их и паковать в ящики, писать дневник и т.д. За два с небольшим года пройдено 13625 километров, произведено 800 измерений высот, собрано 7000 образцов пород и отпечатков ископаемых животных и растений, покрыто маршрутной съемкой 9500 километров. «Только горячий интерес к работе, страсть исследователя помогли мне преодолеть все лишения и трудности», – писал позже ученый.

За это путешествие и выполненный колоссальный объем работы Географическое общество России присудило Обручеву большую золотую медаль и премию Пржевальского, а Парижская академия наук – премию имени П.А. Чихачева.

С Потаниным Обручев не встретился. Когда он прибыл в провинцию Сычуань, где была назначена встреча, то узнал, что Потанин прервал путешествие и уехал из Китая, потрясенный сообщением о смерти жены.

Путешествие Обручева в Центральную Азию дало науке ряд интересных новых географических и геологических данных. Он впервые изучил в общих чертах геологическое строение этого региона (в составе экспедиций Потанина и Пржевальского не было специалиста-геолога) и доказал, что в этом районе Земли, начиная с мезозоя, господствовал континентальный климат, опровергнув существовавшее мнение о том, что здесь ранее плескалось третичное море.

В дальнейшем Обручев вел исследования Забайкалья, а в 1898 г. переехал в Петербург для обработки обширнейшего материала, полученного им в путешествиях. В 1898...1900 гг. он совершил несколько поездок за границу: в Германию, Австрию, Швейцарию и Францию для ознакомления с геологическими музеями этих стран и участия в Международных географических и геологических конгрессах.

В 1901 г. Обручев вернулся в Сибирь, и осенью того же года начался новый период в его плодотворной творческой деятельности. По рекомендации И.В. Мушкетова ученого пригласили в Томск для организации в Технологическом институте горного отделения.

Одиннадцать лет Обручев был заведующим кафедрой геологии этого института, девять лет – деканом горного отделения, а временами исполнял даже обязанности директора. В летние каникулы продолжал исследования Сибири: изучал золотоносные районы, проводил экспертизу золотых рудников, совершил два путешествия в Джунгарию.

В 1912 г. преподавательская деятельность ученого была прервана по политическим мотивам. Дело в том, что Обручев всегда придерживался передовых общественных взглядов и не скрывал их. Он воспитывался в семье, которой не были чужды революционные идеи. Один его дядя был видным деятелем народнического движения, одним из организаторов тайного общества «Земля и воля», другой – сотрудник «Современника» и друг Чернышевского – был арестован и сослан в Сибирь за распространение нелегальной литературы. История брака родной тетки В.А. Обручева М.А. Боковой-Сеченовой послужила Чернышевскому сюжетом для романа «Что делать?».

Обручев свято чтил такие качества, привитые ему с детства, как честность, трудолюбие, преданность родине, верность прогрессивным взглядам и поэтому считался неблагонадежным профессором. В годы реакции ученый был вынужден уйти в отставку и покинуть Томский технологический институт, горное отделение которого было создано его руками.

Обручев вместе с семьей переехал в Москву. Он нигде не служил и жил на пенсию горного инженера в отставке. Все свое время ученый посвящал обработке и систематизации материалов, добытых в многочисленных путешествиях, и составлению отчетов о них. В этот период он много сил стал отдавать пропаганде научных знаний. Популяризировать науку Обручев начал еще в 1890 г. Тогда в восьми номерах журнала «Север» были напечатаны его путевые очерки «По Бухаре». Ученый становится постоянным автором журнала «Природа», принимает активное участие в работе Московского общества любителей естествознания, антропологии и этнографии, пробует писать научно-фантастические романы.

После революции положение опального профессора резко изменилось. В 1918 г. он поступил на службу в Высший совет народного хозяйства и был командирован в Донбасс для поиска и разведки огнеупорных глин и мергелей.

В 1921...1929 гг. Обручев преподавал прикладную геологию в только что созданной Горной академии и написал для студентов два учебника: «Полевая геология» и «Рудные месторождения». Одновременно он участвовал в работе Московского отделения Геологического комитета, был членом ученого совета Института прикладной минералогии и металлургии, заведовал отделами трестов Лен-золото, Алданзолото и Союззолото. За научный труд «Геология Сибири» ученый в 1926 г. был удостоен премии имени В.И. Ленина.

В 1920 г. в Государственном издательстве организовали отдел, перед которым поставили задачу увеличить выпуск научно-популярной литературы. Отдел привлек к работе известных ученых: Д.Н. Анучина, Л.С. Берга, В.А. Обручева, К.А. Тимирязева, В.Л. Комарова и других, которые активно включились в издательскую деятельность.

В 1924...1929 гг. Обручев выпустил первые четыре научно-фантастических и приключенческих романа. Наиболее известны «Плутония» (1924) и «Земля Санникова» (1926). Создание подобных произведений было не актом самоутверждения «несостоявшегося» писателя, не попыткой доказать себе и другим, что он мог им стать, а одним из способов пропаганды геологических знаний, занимательного рассказа о своей науке. Ученый ощущал потребность поделиться своими знаниями с другими, чтобы «разжечь умственный аппетит».

Фантастический роман В.А. Обручева «Земля Санникова» основан на двух легендах. Первая говорит о том, что севернее Новосибирских островов лежит неизвестная земля, которую якобы видел еще в 1811 г. промышленник Яков Санников, а в 1886 г. – полярный исследователь Э.В. Толль. Вторая – рассказывает о загадочном племени онкилонов, которое жило вдоль берега Северного Ледовитого океана, а затем таинственно исчезло. Первое издание книги, вышедшее в 1926 г., так и называлось «Земля Санникова, или Последние онкилоны».

Обручев описывает путешествие к земле Санникова трех политических ссыльных и двух местных жителей, которые находят эту таинственную землю. Она оказывается вершиной дремлющего вулкана. Поэтому там достаточно тепло и сохранились растения и животные, давно вымершие в других районах Сибири: мамонты, волосатый носорог, исполинский олень и другие представители древней фауны и флоры. Обручев подробно описывает этот ископаемый мир, который существовал на территории нашей страны несколько десятков тысячелетий тому назад.

Путешественники встречаются с онкилонами и еще с одним племенем – вампу, которое живет даже не в новом каменном веке, а в палеолите. Автор дает яркие этнографические картинки жизни людей древнекаменного века и онкилонов, стоящих на гораздо более высокой ступени развития.

Обручев пишет, что стойбище вампу «составляет как бы одну семью, потому что прочных связей между отдельными мужчинами и женщинами нет; все женщины принадлежат всем мужчинам, а дети считаются общими. Иногда мужчина убегает с женщиной, которая ему понравилась, в лес и живет отдельно; но остальные не мирятся с этим, и дело кончается убийством беглеца и возвращением женщины в пещеру. Жизнь мужчин проходит в охоте, еде и изготовлении оружия – дубин, копий, скребков; женщины собирают дрова, скоблят шкуры, делают ремешки, но дела у них тоже немного; они часами лежат у огня или на солнце и дремлют. Мясо едят обыкновенно сырым или чуть подпеченным на огне и наедаются после удачной охоты до отвала; если нет мяса – голодают по целым дням или выкапывают какие-то корешки, собирают улиток, крупных жуков, лягушек. Спят вповалку вокруг костра, ногами к огню, на шкурах или прямо на земле, положив под голову камень». Вампу сильно волосатые и не имеют даже пояска стыдливости.

Онкилоны носили одежду, знали употребление лука и стрел, пользовались простейшей посудой, у них существовал моногамный брак. Обручев описывает обряд выбора невесты, который происходил раз в году весной.

Сначала воины состязаются между собой в силе и ловкости и получают право выбирать невесту по очереди в соответствии с занятым местом. «Из ряда молодых воинов... отделился один, оказавшийся в состязании первым, подошел к девушкам и стал медленно проходить вдоль их ряда. Его встречали шутками и смешками, и почти каждая говорила: «возьми меня, возьми меня!», потому что быть женой первого из молодых воинов было очень лестно, и девушки откровенно добивались этого.

Пройдя почти весь ряд, он сразу остановился против одной девушки, не предлагавшей себя, и скромно опустившей глаза. Он ударил ее по плечу и воскликнул: «Ты мне нравишься!» Девушка вздрогнула, выскочила из ряда и помчалась, как стрела, по поляне, а юноша за ней.

– Что это значит? – спросил Горюнов у Амнундака (один из путешественников у вождя племени. – В.Л.). – Почему жена, которую он выбрал, убегает от него? Она не хочет его?

– Таков у нас обычай. Воин, выбравший девушку, получит ее, только если поймает...

– Этот обычай, – пояснил вождь, – очень мудрый; девушка бежит нагая, ей бежать легко; молодой воин бежит в одежде, с копьем в руках. Немногие смогут догнать девушку, если она не хочет этого. Если выбравший ее ей противен или она любит другого, она не даст себя догнать».

Читая книгу Обручева, мы узнаем, каков был растительный и животный мир в ту древнюю эпоху, как жили наши далекие предки.

Другое научно-фантастическое произведение Обручева – «Плутония» тоже основано на двух легендах: на гипотезе о пустотности Земли и на предположении о том, что среди льдов Арктики существует вход в эту внутреннюю полость.

В романе «Плутония» шестеро исследователей отправляются на поиски некой земли, которая по предположению расположена где-то северо-восточнее Берингова пролива. Во время путешествия они переваливают через снежный барьер и начинают спускаться во впадину, которая оказывается воронкой, ведущей внутрь Земли. Сначала путешественники движутся по снежной равнине, которая постепенно переходит в тундру. Ее сменяет ландшафт средних широт, а через некоторое время путешественников уже окружает тропическая растительность. Внутри Земли светит свое Солнце – Плутон, которое обеспечивает теплый, даже жаркий климат. Поэтому здесь сохранился древний растительный и животный мир, аналогичный изображенному Конан Дойлом в его известном научно-фантастическом романе «Затерянный мир».

Сюжеты «Земли Санникова» и «Плутонии» схожи, но если в первом романе показан мир, отстоящий от нас на десятки тысяч лет, то во втором ученый последовательно описывает Землю такой, какой она была в четвертичный период, потом в третичный, затем в меловой и, наконец, в юрский, то есть около 200 миллионов лет тому назад. Он рассказывает о хвощах, древовидных папоротниках, страшном стегозавре, о морском ящере мезозоя ихтиозавре, о предшественнике современных птиц – археоптериксе.

«Одну птицу удалось подстрелить на лету, и Каштанов демонстрировал своим спутникам это странное пернатое, представлявшее переходную форму между ящерами и птицами. Оно имело размеры журавля и было покрыто сине-серыми перьями; его длинный хвост состоял не только из перьев, как у птиц, но также и из многочисленных позвонков, т.е. имел строение хвоста пресмыкающихся, а перья росли по обеим сторонам этого хвоста. На крыльях имелось по три длинных пальца с такими же когтями, как и на ногах, так что эта птица могла лазать по деревьям и по скалам, хватаясь за них и передними конечностями».

В другом месте книги Обручев описывает сражение морских ящеров: «Оба плезиозавра одновременно схватили одну и ту же рыбу... и каждый старался вырвать ее из пасти другого.

Одному это удалось, и он пустился наутек, второй преследовал его, догнал и обнял своей шеей шею противника, чтобы заставить его выпустить рыбу. Спутавшиеся шеи извивались то в ту, то в другую сторону, темные тела напирали друг на друга, короткие хвосты и ласты-плавники бешено били по воде, разбрызгивая ее фонтанами. Наконец один плезиозавр, рассвирепев, выпустил рыбу, вонзил зубы в шею соперника и повлек его в глубину».

Вот еще одна сценка – нападение. хищного динозавра на мирных травоядных ящеров.

«Игуанодоны внезапно встревожились: взрослые перестали есть, насторожились и затем испустили резкий свист. Услыхав его, молодые поднялись на задние ноги и, неуклюже переваливаясь, подбежали к родителям, которые окружили их кольцом, обратившись спиной наружу... Подскакав к кругу игуанодонов, чудовище остановилось и издало громкое шипение... Затем оно начало крутиться короткими скачками вокруг ящеров, но со всех сторон встречало поднятые зады и тяжелые размахивающие хвосты последних. Удар хвостов или массивных задних ног, вероятно, имел ужасную силу.

Убедившись в невозможности проникнуть в круг и похитить одного из детенышей, хищник внезапно сделал огромный прыжок через головы защитников и обрушился на столпившихся в центре, прижавшихся друг к другу молодых игуанодонов. Трусливые травоядные бросились врассыпную, спасаясь от врага, который успел схватить одного из молодых и сразу перекусил ему горло».

Читая «Плутонию», мы не только следим за занимательным сюжетом и приключениями путешественников в «затерянном мире», но и познаем, как происходило развитие флоры и фауны Земли на протяжении миллионов лет, изучаем геохронологию, далекое геологическое прошлое нашей планеты.

В 1929 г. Обручева избрали действительным членом Академии наук СССР, и он переехал в Ленинград, где возглавил Геологический институт. После перевода Академии наук в столицу ученый в 1935 г. вернулся в Москву. В это время он занимался вопросами мерзлотоведения, которые его интересовали очень давно. Обручев с 1930 г. был председателем академической Комиссии (позже Комитета) по вечной мерзлоте. После преобразования Комитета в Институт мерзлотоведения (1939 г.) Обручев стал его первым директором и был им до последнего дня своей жизни. В 1938 г. Академия наук учредила премию имени В.А. Обручева для молодых ученых за лучшую работу по геологии Сибири.

С началом Великой Отечественной войны Обручев эвакуировался в Свердловск. В эти годы он работал на оборону и продолжал трудиться над многотомной «Историей геологического исследования Сибири». «Общий объем этой уникальной монографии, – пишет академик Д.В. Наливкин, – около 2700 страниц. Подобной исторической монографии нет не только в русской литературе, но и в геологической литературе всего мира». Подвиг ученого тем более впечатляет, что работать ему приходилось без личной библиотеки, которая, естественно, осталась в Москве. Но Обручев обладал феноменальной памятью. Посетившая его писательница М. Шагинян вспоминает: «Владимир Афанасьевич привез особую «библиотеку» – собственную память. Поразительная эта память! Ученый верно хранит в ней не только факты и даты, но и связь явлений, последовательность событий. По памяти он может сейчас воскресить двухнедельные, месячные путешествия со всеми их остановками и особенностями дороги, – путешествия, проделанные больше полвека назад».

В 1943 г. ученый вернулся в Москву. Здесь он написал научно-популярную книгу «Основы геологии», закончил монографию «Восточная Монголия» и пятитомный труд «История геологического исследования Сибири», за который в 1950 г. был удостоен Государственной премии СССР.

В годы войны, несмотря на трудности военного времени (нехватку типографских рабочих, бумаги), продолжали выходить большими тиражами научно-популярные книги и брошюры. Были изданы и «Основы геологии» Обручева (1944). В предисловии к книге ученый говорит о том, что существуют «Занимательная физика», «Занимательная химия», «Занимательная алгебра» и другие аналогичные произведения, в которых в легкой и доступной форме повествуется об основных положениях соответствующих наук. Вспоминает он и «Занимательную минералогию», автор которой академик А.Е. Ферсман сумел рассказать о своей науке живо и увлекательно. «Тем более, – пишет Обручев, – должна быть занимательная геология, наука о Земле, на которой мы живем, наука о том, как эта Земля сформировалась, из чего она состоит и каким изменениям подвергалась в течение длинной истории ее существования, насчитывающей многие миллионы лет. Геология учит нас заглядывать в глубь времен и помогает объяснить изменения земной поверхности теми процессами, которые совершаются на наших глазах постоянно и вполне доступны нашему изучению. Тепло, которое дает Солнце, движения воздуха в виде ветра, капли дождя, роса, мороз, кристаллы снега и даже растения и животные – все это геологические деятели, работу которых геология учит нас понимать. Лик Земли, т.е. формы земной поверхности, которые мы видим вокруг себя и которыми часто восхищаемся, созданы всеми этими деятелями, а также и другими, скрытыми в глубине и проявляющимися по временам в виде таких захватывающих событий, как извержения вулканов, или разрушительных, как землетрясения.

Человек, который не знает даже основ геологии, в известном смысле подобен слепому. На склоне оврага он видит в одном месте твердый камень, в другом рыхлую почву, но что это за породы, как образовался овраг, он не понимает. В горной долине он заметит камни разного цвета, будет удивляться, почему их слои то как-то странно закручены, то стоят вертикально, как доски, полюбуется живописной скалой, мрачным ущельем, водопадом, но, кроме поверхностных впечатлений, все эти разнообразные факты ему ничего не дадут. И так везде он будет воспринимать только внешние формы, а не сущность явлений, видеть, но не понимать. Геология учит нас смотреть открытыми глазами на окружающую природу и понимать историю ее развития.

Она помогает также искать и находить разные руды, уголь, нефть, соль и другие так называемые полезные ископаемые, необходимые современному культурному человеку. Без знания геологии мы не можем искать месторождения этих ископаемых богатств планомерно, а будем просто бродить по стране в разных направлениях в надежде случайно наткнуться на одно из них. Без знания геологии нельзя оценить качество и количество найденного ископаемого и определить условия его добычи. Следовательно, геология имеет не только общеобразовательное значение, увеличивая наш кругозор, но и огромное практическое значение».

Далее Обручев говорит, что без геологии невозможно никакое строительство: зданий, шоссейных и железных дорог, плотин, аэродромов и т.п., так как требуется тщательное изучение грунта, его состава и строения, Геология занимается также исследованием подземных вод и выяснением возможностей их получения для снабжения городов или для их отвода, если это необходимо, поиском минеральных источников и решает тысячу других важных проблем.

О том, как популярно написана эта книга, говорят названия глав, всегда завлекательные, иногда даже поэтические: «О чем шепчет ручеек, бегущий по оврагу», «Чему можно научиться на берегу моря», «Почему то здесь, то там трясется Земля» и т.д. Книга богато иллюстрирована. В ней 285 рисунков, фотографий, схем.

карт.

Вот еще один отрывок из книги, характеризующий стиль изложения: «Идет дождь. Порывы ветра бросают большие капли на стекла окон, где они соединяются в струйки, стекающие вниз. Небо покрыто густыми тучами, на улице грязно и неприятно. Хочется сидеть в теплой комнате и ждать, пока не кончится непогода.

Но преодолеем это желание, наденем высокие сапоги или хотя бы калоши, накинем непромокаемый плащ или возьмем зонтик и выйдем из дому, всего лучше за город, в поле. Во время дождя мы сможем наблюдать, как работает текучая вода над преображением поверхности земли. Мы увидим ее геологическую работу тем полнее, чем сильнее льет дождь».

Научно-популярные произведения В.А. Обручева представляют собой неразрывный сплав точного научного знания и высокой литературы. Ведь автор их был крупным ученым и обладал несомненным писательским даром. Именно поэтому его научно-популярные книги с интересом читают и сейчас. Он был убежден, что только тогда, когда ученый одновременно и литератор, возможно его успешное общение с широким кругом читателей.

В годы войны Обручев написал ряд научно-популярных статей: «Что дала геология для обороны нашей родины и что она может дать еще», «Ледяные склады», «Успехи геологических наук за 25 лет в СССР», «Как образовались ископаемые богатства Урала» и другие. В 1946 г. вышло очередное научно-популярное произведение Обручева – «Происхождение гор и материков». О содержании его ясно говорит название, а о стиле – приведенный ниже отрывок, в котором ученый предлагает провести опыт, чтобы лучше понять, как образуются слоистые горы.

«Возьмем горсть чистого мелкого песка, разболтаем его в стакане воды и дадим спокойно постоять, песок осядет на дно и образует слой желтого цвета. Насыпем теперь в воду горсть мелкого пепла из печи и осторожно разболтаем его, чтобы не нарушить слой песка. Через некоторое время поверх желтого слоя песка осядет слой серого пепла. Повторяя опыт несколько раз, мы получим в стакане чередование тонких желтых и серых слоев или пластов разного состава. Слоистые горные породы так и образуются».

В 1947 г. за большие заслуги в пропаганде науки Владимир Афанасьевич Обручев был избран почетным членом Всесоюзного общества по распространению политических и научных знаний, а его книги были признаны образцом популяризации. В том же году Академия наук присудила Обручеву за научные достижения первую золотую медаль имени А.П. Карпинского, одновременно он был избран почетным президентом Географического общества СССР. (Кроме того, он был почетным членом Минералогического общества, Московского общества испытателей природы, Лондонского географического общества, Общества землеведения в Берлине, Гамбургского и Венгерского географических обществ, Американских географического и геологического обществ, а также – Нью-Йоркского музея естественной истории.)

К научно-популярным произведениям можно отнести также книги Обручева о путешествиях и его приключенческие романы. Интересна метода их создания. Обычно сразу после экспедиции ученый писал короткий отчет о ней, через некоторое время – более развернутое научное сообщение и, наконец, еще позже – солидный научный труд с обобщениями и выводами. А затем через много лет (иногда десятки) появлялось научно-популярное произведение.

Именно так родилась книга «От Кяхты до Кульджи» (1940). Вначале после путешествия последовало небольшое сообщение, потом через 7 лет – описание части исследованного района, затем через 20 лет – обобщающий научный труд и, наконец, через 46 лет – научно-популярная книга.

«От Кяхты до Кульджи» – рассказ о путешествии. Каким он должен быть? На этот вопрос ответил наш известный критик и публицист, страстный пропагандист естественнонаучных знаний Д.И. Писарев: «От путешественника мы требуем подробных и полных сведений о стране и ее обитателях, требуем статистических, исторических и этнографических данных; путешественник должен изучить свой предмет, и количество сделанных им наблюдений и сообщенных сведений определяет достоинство его труда».

Произведение Обручева отвечает всем этим высоким требованиям. Автор прекрасно знает материал, его книга полна «исторических и этнографических данных», и путешественник сообщает читателю «подробные и полные сведения о стране и ее обитателях».

В доказательство сказанного приведем один отрывок из работы «От Кяхты до Кульджи», в котором Обручев повествует о церемонии праздничного обеда в Китае.

«Сначала подали чай. Китайцы пьют его из чашек без ручек, вроде небольших полоскательных, с крышкой, имеющей с боку вырез, так что можно пить, не снимая крышку; чай пьют без сахара, слабый и душистый. Пока мы пили небольшими глотками, на стол поставили десятка два блюдечек с разными закусками: разнообразные пикули, ломтики редьки, ветчины, утиные лапки (собственно плавательные перепонки), кусочки мяса с уксусом и красным перцем, бобовая мазь и соленые яйца – все это было нарезано маленькими кусочками, чтобы можно было захватывать палочками, которые китайцы употребляют вместо вилок. Наиболее странные для европейца... соленые яйца, у которых желток был бурого цвета, а белок – синего... Их варят в соленой воде, обмазывают известью и закапывают на два года в землю; они слегка пахнут аммиаком и не представляют ничего привлекательного, но китайцам нравится... Хлеб был подан в виде вареных на пару булочек, нарезанных тонкими ломтиками.

Затем закуски убрали и подали каждому в тех же чайных чашках, но без крышек, суп из ласточкиных гнезд – обязательное кушанье на парадном обеде. Эти гнезда морские ласточки вьют, как говорят, из водорослей, на труднодоступных береговых скалах; они ценятся на вес серебра; суп представлял почти бесцветную солоноватую жидкость, в которой плавает несколько волокон, по виду и вкусу похожих на визигу. Китайцы уверяют, что этот суп полезен для сохранения силы молодости. К супу подали небольшие фарфоровые ложки вроде совочков.

После этого супа по этикету следовало подать второй суп с акульими плавниками и трепангами, но хозяин извинился: в Сучжоу их достать не удалось.

Затем подали жареного поросенка: на блюдечке, поставленном перед каждым из гостей, мясо было нарезано мелкими кусочками, и все покрыто румяной хрустящей кожей. В качестве приправы были кусочки каких-то черных грибов, древесных, как пояснил мне учитель.

Третье блюдо состояло из стружек соленой морской рыбы, а в виде приправы – вареные молодые ростки бамбука, на вкус напоминающие спаржу.

Четвертое блюдо представляло поджаренные в масле ломтики свежих огурцов и вареную редиску...

Далее следовала сильно разваренная курица с приправой из зеленых листьев китайской капусты...

Шестое блюдо состояло из жареных пирожков с различной начинкой – из ягод джигды, сушеных абрикосов, арбузных очищенных косточек, грецких орехов... Десерт состоял из китайского печенья – мелких пирожных или конфет, разного фасона, но почти одного вкуса, так как в их состав входит плохо очищенный песок, приготовляемый из сахарного тростника. К десерту подали рисовое вино – желтое, слегка мутное, но вкусное питье.

Последним блюдом, по обычаю, был отварной рис...

В Кяхте мне говорили, что последним блюдом китайского обеда являются остатки всех предшествующих блюд, которые сваливаются в сосуд, похожий на наш самовар, но без крана, разогреваются и в этом же сосуде подаются на стол...

Особенностью китайского обеда является также то, что время от времени гостям подают салфетку или просто тряпку, смоченную в горячей воде; ею обтирают лицо, что действительно освежает человека».

Прочитав это яркое образное описание китайского парадного обеда, вы зримо представляете себе весь ритуал: чай, закуски, смену блюд, десерт. Далее Обручев описывает послеобеденное курение и игру, которой китайцы развлекаются во время трапезы. Так же подробно автор повествует о других виденных им событиях и явлениях. Читатель получает полное представление о жизни и быте местного населения.

Приключенческие книги В.А. Обручева «В дебрях Центральной Азии» и «Золотоискатели в пустыне» – это тоже книги о путешествиях со всеми их признаками: рассказом о ландшафте и природе мест, где происходит действие, повествованием о различных народностях, с этнографическими зарисовками.

Книга «В дебрях Центральной Азии» имеет подзаголовок «Записки кладоискателя» и написана от лица человека, который ищет золото в старых рудниках и древние монеты, утварь, драгоценности в развалинах древних городов. Обручев описывает путешествия кладоискателей, используя материалы своих экспедиций в Центральную Азию, а также сведения, добытые другими исследователями этого района. Перед читателем возникают легендарное озеро Лоб-нор, таинственный мертвый город Харахото, старинный «Эоловый город», открытый ученым. Рассматриваемое произведение – прекрасная научно-популярная книга по географии и этнографии описываемого района.

Иногда говорят, что научно-популярная литература – это литература без героя. Популярные книги Обручева населены реальными и вымышленными персонажами. «В дебрях Центральной Азии» действуют реально существовавший Фома Кукушкин и выдуманный его напарник – монгол Лобсын. Беседы между малограмотным Лобсыном и достаточно образованным Кукушкиным позволяют Обручеву объяснять читателю многие интересные явления природы.

Ни одна научно-популярная книга не может обойтись без терминов. Обручев старается сразу же, прямо в тексте книги, дать их объяснение. «Бэлем монголы называют пологий длинный откос, точнее, подножие, над которым поднимаются скалистые склоны каждого хребта пустыни. Эти подножия часто гораздо шире хребта, достигают 5...10 и больше верст в поперечнике и в разрезе похожи на плоскую крышку, над которой резко поднимается ее зубчатый конек». Последняя часть фразы дает образное представление о бэлеме. Местные названия автор, как правило, поясняет в скобках: Кумыс-Туя (серебряный верблюд), ключ Турангы-бастау (топольный ключ), хадак (длинный платочек). Кроме того, в конце книги приведен краткий пояснительный словарик. Речь персонажей в книгах Обручева всегда индивидуальна. Например, Кукушкин в разговоре любит употреблять китайские пословицы и поговорки, которых знает множество. Также индивидуальна речь каждого из героев другой книги Обручева – «Золотоискатели в пустыне». В предисловии к ней он пишет: «Пятьдесят лет назад я изучал страну Джунгарию – часть Западного Китая, прилегающую с юго-востока к границам Восточного Казахстана...

Интересуясь историей Китая, я узнал, что в этой стране добывали золото в первой половине прошлого столетия и что добыча прекратилась в связи с гражданской войной, охватившей запад Китая 80...90 лет назад, когда были разрушены многие селения и города, а население истреблено и разбежалось.

Обрабатывая материалы и наблюдения своего путешествия по Джунгарии, я подумал, что было бы интересно описать жизнь и работу этих искателей золота, китайских рудокопов». И Обручев осуществил свое намерение.

Читая «Золотоискатели в пустыне», мы узнаем, какой тяжелой была эта профессия в середине прошлого столетия, о том, как образуются золотые жилы и как добывался драгоценный металл в то далекое время.

Затем читатель отправляется вместе с героями книги в полное опасностей и приключений путешествие и посещает мертвый город Орху, долину Дарбуты и другие примечательные места Джунгарии. (В книгах «В дебрях Центральной Азии» и «Золотоискатели в пустыне» приведены карты путешествий героев этих произведений.) Обручев писал и научно-биографические книги. К этому жанру можно отнести уже упоминавшиеся «Путешествия Потанина», где дан светлый образ этого незаурядного человека. Обручев отмечает, что среди многих исследователей Азии наибольший вклад в науку внесли трое: Пржевальский, Потанин, Певцов. Но если Пржевальский сделал больше крупных географических открытий, потому что первым проник в неисследованные места, то как этнограф Потанин сделал больше, чем Пржевальский и Певцов, вместе взятые. «С полной справедливостью и гордостью можно сказать, что Потанин принадлежит к числу русских классиков-географов и что своими трудами он сделал ценный вклад в русскую и мировую географию», – заключает Обручев.

Автор дает следующую краткую характеристику своего героя: «Сын казачьего офицера на пограничной линии в Западной Сибири, Г.Н. Потанин уже в детстве видел приезжавших на линию кочевников Казахской степи, слышал об их нравах и жизни. В кадетском корпусе в Омске, где он учился, рассказы товарищей, таких же детей пограничников, зародили в нем интерес к путешествиям. В качестве офицера он принял участие в военном походе в Среднюю Азию до подножия Заилийского Ала-Тау, видел вечноснеговые горы, посетил китайский город Кульджу и потом служил некоторое время на Алтае. В 1863 году он участвовал в экспедиции астронома Струве, изучавшего хребет Тарбагатай, пограничный с китайской Джунгарией, берега озер Зайсан и Марка-Куль и составил подробное описание этих мест...

Но затем его научная деятельность была прервана надолго по политическим мотивам... Г.Н. Потанин был арестован и присужден к каторжным работам. Он пробыл больше трех лет во время следствия в Омской тюрьме, затем отбывал три года каторгу в Свеаборге и три года – ссылку в Вологодской губернии.

Как культурный деятель Г.Н. Потанин работал позже в качестве правителя дел Восточно-сибирского отдела Географического общества в Иркутске, в промежутке между путешествиями, и последние двадцать лет своей жизни – в Красноярске и Томске. Он организовал изучение быта и эпоса бурят и других сибирских народов, устраивал музеи и выставки... был в числе учредителей первых высших женских курсов в Томске и общества вспомоществования учащимся... принимал живое участие в сибирской передовой периодической печати». Так пишет Обручев о Потанине.

К чисто биографическим относится работа Обручева «Эдуард Зюсс», написанная совместно с М. Зотиной. В книге рассказывается о жизни и научном творчестве выдающегося австрийского геолога, президента Венской академии наук, профессора столичного университета.

«Зюсс, – пишут авторы, – был почетным членом почти всех академий земного шара, членом многочисленных ученых обществ, автором многотомного сочинения «Лик Земли», подобного которому не было и нет в литературе о нашей планете. Благодаря этому сочинению он мог считаться учителем всех геологов не только Европы, но и других частей света, так как оно было переведено с немецкого на французский, английский и итальянский языки».

Авторы рассказывают о детских и юношеских годах будущего ученого, его учебе в Венском политехникуме, научной и практической деятельности, семье, работе в парламенте. Они не скрывают ошибок и заблуждений Э. Зюсса как политика, показывают, что в своем общественном мышлении он не смог подняться выше конституционного монархиста.

В приложении к книге дан обзор геологических трудов Зюсса. Она снабжена также словарем геологических терминов и примечаниями, которые безусловно, облегчают чтение и усвоение материала.

Обручев написал много научно-биографических статей, которые посвящены известным ученым – геологам и географам, путешественникам и исследователям Сибири и Азии: П.А. Кропоткину, И.Д. Черскому, Н.М. Пржевальскому, А.Е. Ферсману, В.И. Вернадскому, В.Л. Комарову и другим.

Обручев был пропагандистом науки особого рода. Помимо научно-популярных и научно-биографических книг и статей, он писал также, как мы знаем, фантастические и приключенческие романы, которые преследовали те же цели – распространение геологических, географических и этнографических знаний. Именно поэтому его имя было широко известно огромной массе читателей.

В своем творчестве Обручев-ученый и Обручев-писатель шли рука об руку. Второй заимствовал у первого богатый познавательный материал, точное и детальное описание места действия, быта и нравов героев книги. Обручев придерживался правила – писать только о том, что хорошо знал. Особенно нравились его книги молодежи. Ей они в основном и были предназначены.

Вот что писали ученому в день его девяностолетия пионеры: «Несмотря на то что геологию не преподают в школах, мы считаем ее одной из интереснейших и полезных наук и с увлечением занимаемся в многочисленных кружках. Где только не побывали мы вместе с Вами, читая Ваши книги.

Тысячи километров прошли по великому Китаю, много раз пересекали пустыни, где нас мучила жажда, поднимались на вершины гор, мужественно боролись с суровой природой Арктики, вместе с Вами волновались сделанными открытиями...

Вы, может быть, даже и не знаете, сколько, благодаря вот этим «путешествиям» по далеким неизведанным странам, бывших пионеров стало геологами и исследователями».

Школьникам было с кого брать пример. Академик А.Е. Ферсман писал об Обручеве: «Путь Владимира Афанасьевича Обручева не только призыв к дальнейшей упорной работе над овладением несметными богатствами страны, но и урок, как надо идти по этому пути».

Незадолго до смерти ученый написал статью «Счастливого пути вам, путешественники в третье тысячелетие!». Это было своеобразное завещание, рассказ о тех задачах, которые стоят перед человечеством, перед будущими учеными и ждут своего решения.

Что же предстоит сделать?

«Продлить жизнь человека в среднем до ста пятидесяти – двухсот лет, уничтожить заразные болезни, свести к минимуму незаразные, победить старость и усталость, научиться возвращать жизнь при несвоевременной случайной смерти; поставить на службу человеку все силы природы... предсказывать и обезвредить окончательно стихийные бедствия: наводнения, ураганы, вулканические извержения, землетрясения; изготовлять на заводах все известные на Земле вещества, вплоть до самых сложных – белков, а также и неизвестные в природе: тверже алмаза, жароупорнее огнеупорного кирпича, более тугоплавкие, чем вольфрам и осмий, более гибкие, чем шелк, более упругие, чем резина; вывести новые породы животных и растений; потеснить, приспособить для жизни, освоить неудобные районы, болота, горы, пустыни, тайгу, тундру, а может быть, и морское дно».

После смерти ученого в его архиве нашли неопубликованные повести «Коралловый остров» и «Тепловая шахта», психологически-бытовой роман «Лик многогранный» и пьесу «Остров блаженных», начатую повесть «Завоевание тундры» и план фантастической повести «Солнце гаснет», много других начинаний и планов. Некоторые из этих произведений были напечатаны. А всего нам в наследство ученый оставил более тысячи различных произведений (около 24000 страниц): научные монографии, учебники, рецензии, рефераты, фантастические и приключенческие романы и 150 научно-популярных статей и книг.

Именем Обручева названы хребет в Тувинской автономной области, степь на юго-востоке Каракумов между Мургабом и Амударьей, ледники на полярном Урале и в Монгольском Алтае, вершина в хребте Сайлюгем на Алтае, вулкан в Забайкалье, гора в хребте Хамар-Дабан, подводная возвышенность в Тихом океане у берегов Камчатки, минерал обручевит (асфальтит из Джунгарии).

Владимир Афанасьевич Обручев останется в нашей памяти как замечательный ученый и не менее выдающийся популяризатор, пропагандист научных знаний

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://www.n-t.org