Криминальный конфликт

Всероссийская Государственная

Налоговая Академия

Юридический факультет

Реферат по конфликтологии

Криминальный конфликт

Решетина Д.А.

ЮО-201

Преподаватель:

Постоев

Москва

2000г.

Оглавление

    Понятие криминального конфликта.............................................................2

    Виды криминальных конфликтов.................................................................4

а)длящиеся......................................................................................................4

б)ситуативные.................................................................................................6

    Истоки криминальных конфликтов..............................................................7

    Динамика криминальных конфликтов.........................................................8

    Список использованной литературы..........................................................13

1.Понятие криминального конфликта

Среди различных направлений правовой социологии в последние годы выделяется еще одно: правовая (юридическая) конфликтология, которая изучает правовые отношения, нормы и институты под углом зрения использования их для предотвращения, предупреждения и разрешения конфликтов.

Эта проблематика для российской науки является новой по двум причинам. Во-первых, у нас была недостаточно развита общая конфликтология как комплексная социально-психологическая дисциплина. А во-вторых, изучение права не способствовало более широкому его пониманию, в том числе и как инструмента обращения с социальными и психологическими конфликтами.

Юридический конфликт – конфликт, в котором спор связан с правовыми отношениями сторон и, следовательно, субъекты и мотивации их поведения, а также субъект конфликта обладают правовыми признаками.

Большой интерес представляет собой криминльный конфликт – разновидность юридического конфликта, позволяющая наиболее подробно проиллюстрировать его механизм и динамику.

Вряд ли нуждается в специальном пояснении утверждение о том, что преступление, преступное поведение, а значит, и интересы преступника противоречат интересам общества и его отдельных граждан. Достаточно очевидно, что само уголовное законодательство, определяющее, что же является преступным, вытекает из необходимости защиты определенных общественных интересов. В уголовно-правовой и криминологической литературе рассуждения на подобные темы давно уже стали общим местом. Однако эти, казалось бы, банальные мысли имеют вполне конкретный и емкий смысл в применении к данному предмету.

Противоречие преступных и общественных интересов во многих случаях выливается в противостояние интересов преступника и конкретной личности (группы). Преступление, где имеются потерпевшие – конкретные лица, как правило, создает конфликтную ситуацию или прямой межличностный (межгрупповой) конфликт, разрешаемые путем усилий частных лиц, в том числе самих потерпевших, а также при помощи государственных институтов в процессе уголовного судопроизводства. Кража личного имущества и частной собственности, телесные повреждения и клевета, а также многие другие виды преступлений представляют собой ущемление личных или групповых интересов, которые всегда создают почву для конфликтов.

Но во многих случаях преступление не только создает возможность для конфликтов, но само является следствием конфликтов и их заключительной стадией. Особенно явно подобная причинно-следственная взаимосвязь прослеживается на примере насильственных преступлений, таких, как умышленной убийство, телесные повреждения различной степени тяжести и злостной хулиганство.

Традиционная криминологическая модель анализа насильственных преступлений почти не обращает внимания на межличностное взаимодействие между преступником и жертвой, происходящее до совершения преступления. Между тем событию насильственного преступления обычно предшествует последовательность циклов взаимодействия, состоящих из взаимных стимулов и реакций преступника и потерпевшего. Достаточно определенно по этому поводу высказались западные и отечественные виктимологи, занявшиеся не только анализом поведения жертвы, но и уделившие внимние – правда главным образом в теоретическом плане – межличностному взаимодействия преступника и жертвы. В частности, А.В.Ривман и Л.В.Франк, воспринявшие западный виктимологический опыт и сами осуществившие углубленные исследования, пришли к выводу, что основным содержанием преступных и допреступных событий является межличностное взаимодействие1. Отечественный виктимолог В.Я.Рыбальская напрямую отождествила допреступные события с конфликтом, развивающимся по спирали2. Насильственные и некоторые другие преступления Ю.М.Антонян назвал «преступлениями отношений»3.

Для осознания того, что этим преступлениям, как правило, предшествует конфликтная ситуация, достаточно даже обратиться к формулировкам Уголовного кодекса и традиционно применяемым в отечественной криминологии обозначениям мотивов насильственных преступлений. Такие, например, часто используемые понятия как «месть» и «ревность», «злоба» и «неприязнь», имеют прямую связь с конвликтыми взаимоотношениями. К понятию конфликта, как нетрудно увидеть, протягиваются нити от таких понятий и формулировок, как «необходимая оборона» и «превышение пределов необходимой обороны», «сильное душевное волнение, вызванное противозаконными действиями потерпевшего», «сопротивление представителю власти или иным гражданам, пресекающим противоправные действия», «воспрепятствование правомерной деятельности потерпевшего, связанной с выполнением им служебного или общественного долга» и т.п. Известно, что хулиганским действиям обычно предшествует тот или иной повод со стороны потерпевшего, и их, как правило, ошибочная квалификация в процессе следствия или в суде в качестве «беспричинных» чаще всего связана лишь с явной несоразмеримостью повода и ответных действий.

Многими эмпиричными исследованиями причин насильственных преступлений утсановлено, что им чаще всего предшествуют различного рода скандалы, ссоры, бытовые неурядицы, заметные неприязненные отношения. Обобщение значительного числа фактов насильственных проявлений в обществе позволяет прийти к выводу, что межличностный конфликт является источником большинства случаев применения насилия.

Таким образом, в качестве специфической разновидности конфликтов, затрагивающих сферу правовых отношений, могут выделены конфликты, касающиеся уголовно-правовой сферы, или криминальные конфликты. Криминальный конфликт, конечно, специфичен прежде всего своим результатом или завергающей стадией, но это, впрочем, нередко характеризует особенности его возникновения и развития. Насильственное преступление или серия таких преступлений, завершающие криминальный конфликт, являются результатом и проявлением особых механизмов динамики конфликта. Сам факт применения насилия в конфликте характеризует его как конфликт интересов – либо изначально, либо только на завершающих стадиях.

2. Виды криминальных конфликтов.

Криминальные конфликты в своей массе неоднородны. Прежде всего различны преступления, которыми они завершаются. Кроме того, подобные конфликты имеют разное количество участников. Нередко это всего лишь два человека (будущие преступник и потерпевший), но достаточно частно конфликтующих субъектов (и, соответственно, преступников и – или – потерпевших) больше, также встречаются межгрупповые криминальные конфликты. Различны предметы и объекты этих конфликтов, а также поводы к их возникновению. Одним из важных критериев дифференциации криминальных конфликтов является критерий временной, т.е. их длительность и количество эпизодов конфликтного взаимодействия. По этому критерию криминальные конфликты можно разделить на длящиеся и ситуативные (спонтанные).

Длящиеся конфликты – это, как правило, целая серия конфликтных эпизодов. Субъектами таких конфликтов выступают родственники, члены семьи, сожители, соседи, хнакомые, сослуживцы и другие люди, в отношениях которых накапливается неприязнь, присутствуют постоянные предметы разногласий, периодически возникают спорные темы. Завершает такие конфликты конкретный эпизод взаимодействия, который и реализуется в преступлении, но сам этот заключительный эпизод вызывается общим состоянием отношений, напряженность которых достигает некого критического уровня. Конкретные темы разногласий здесь достаточно варьируются – это может быть проблема власти и подчинения в межличностных отношениях совместно проживающих людей, проблема владения и дележа имущества, аморальное и распущенное поведение одного из субъектов, плохое ведение хозяйства кем-то из родственников или соседей, ревность в отношениях мужа и жены иои сожителей. Подобные конфликтные отношения могут растягиваться на месяцы или на долгие годы. Основное количество длящихся криминальных конфликтов составляют бытовые конфликты, значительную часть которых, в свою очередь, составляют семейные. Примером длящегося конфликта на почве семейных противоречий может послужить дело К. (умышленное убийство, совершенное с особой жестокостью). Женившись на М., К. узнал от нее, что ранее она встречалась с молодым человеком, который до ее замужества был призван в армию. Через некоторое время бывший возлюбленный М. вернулся из армии, а М. стала поздно возвращаться домой. К.заподозрил ее в измене, в доме начались ссоры. Позднее М. призналась, что вновь встречалась с тем же человеком и что любит его. Ссоры усилились и однажды К. избил жену. По требованию жены К. был вынужден переехать жить к своим родственникам, но продолжал каждый день приходить к ней и уговаривать ее жить вместе с ним. М. отвечала ему отказми и среди прочих претензий называла ту, что он не удовлтворяет ее как мужчина. В один из своих приходов на квартиру к М. К. вновь поссорился с ней и нанес ей множество ударов ножом.

Как видно из приведенного примера, криминальный конфликт может включать эпизоды применения насилия уже на ранних стадиях, в процессе своего развития. В одних случаях насильственные действия совершаются в ходе развития конфликта только одной стороной (будущим преступником или будущим потерпевшим), в других – заключительному криминальному инцеденту предшествуют взаимные побои и драки. В большинстве подобных ситуаций противоправные насильственные действия не являются совсем неожиданным и экстраординарным событием для участников конфликта. С.В.Кудрявцев считает, «что не только накопление взаимных обид и неприязни, но и привычка использовать в отношениях физическую силу (или быть жертвой насилия) играют решающую роль в обусловливании насильственного преступления. Стаж взаимоотношений с применением физического насилия может быть достаточно высок. По данным одного из опросов, 68% жертв применения насилия в семье начали подвергаться побоям в течение спружеской жизни, но 19% - стали жертвами насилия еще во время совместной жизни до женитьбы, а 13% - еще даже до начала совместной жизни с будущим супругом. Хотя среди опрошенных в ходе этого исследования подавляющий процент занимали женщины, в реальной семейной жизни мужчины почти столь же часто становятся жертвами женского насилия. Важнейшая особенность криминальных конфликтов с «насильственной историей» развития заключается в том, что частота и интенсивность применяемого насилия постоянно увеличиваются, завершаясь, как правило, тяжким преступлением. Применение насилия в семье даже в «малых дозах» значительно увеличивает риск дальнейшего повышения его жестокости.

Длящиеся криминальные конфликты, однако, не всегда имеют подобную насильственную историю развития. Но в их «продвижении» к насильственному преступлению существенную роль играет аккумуляция отрицательных эмоций и взаимного недоверия. Конкретным же поводом для преступления могут послужить старые счеты или кровные обиды. Решающее значение могут иметь угрозы, применяемые сторонами в бесчисленных мелких стычках и ссорах. Установлено, что чем дольше и чаще угрозы используются в конфликтах между юлизкими людьми, тем выше вероятность насильственного разрешения возникающих инцидентов.

Таким образом, можно заключить, что в ходе развития длящихся криминальных конфликтов проявляется тенденция к их эскалации. Эта эскалация может иметь как явный, так и скрытый характер, проходить на глазах у окружающих или протекать незаметно, прорываясь в акт насилия лишь на завершающей, собственно криминальной стадии конфликта.

Другая разновидность криминальных конфликтов возникает и протекает в рамках одной ситуации, одного эпизода взаимодействия и, как правило, имеет место в инцидентах, возникающих в общении ранее незнакомых людей. Для социологической и криминологической характеристики подобных «ситутивных» конфликтов немаловажно отметить, что в отличие от конфликтов между близкими или хорошо знакомыми людьми они чаще всего происходят в общественных местах: на улице, в порке, в барах, кафе и т.д. Эти спонтанно возникающие межличностные или межгрупповые коллизии не имеют никакой предыстории и разворачиваются из-за самых разнообразных мелких и не столь мелких проблем, часто на глазах у множества свидетелей. Последнее обстоятельство позволяет выделить частную разновидность ситуативных конфликтов, возникающих в результате вмешательства в чужой конфликт посторонних людей, пытающихся остановить противоправные действия и фактически своим вмешательством инициирующих новый конфликт с собственным участием.

Хотя ситуативные конфликты должны рассматриваться как самостоятельный объект изучения, результаты их анализа отчасти переносимы и на другой самостоятельный объект – длящиеся конфликты, в особенности они могут быть использованы для понимания того, как разворачивается борьба на заключительной стадии длящегося конфликта, в ходе завершающего инцидента. Однако в длящемся конфликте его последний эпизод всегда оказывается под сильным влиянием всей «прошлой истории» конфликта, на реакции мысли и поступки его участников существенное давление оказывает прошлый отрицательный опыт общения с данным субъектом (субъектами). В ходе длящегося конфликта, как правило, характеризующегося цикличностью, повторяемостью конфликтных эпизодов, у его участников вырабатываются привычные, стереотипные реакции, и поэтом заключительный криминальный эпизод нередко является как бы «слепком» с прошлых ситуаций, отличающимся от прошлых эпизодов более мощным воздействием скрытых механизмов. Эти скрытые механизмы внезапно прорываются во внешний план и, казалось бы, в достаточно стереотипном инциденте дают криминальный результат. Так, преступник П., осужденный за умышленное убийство с особой жестокостью, в какой-то момент, по его словам, «вспомнил все», все обиды, причиненные ему потерпевшей, и, схватив орудие убийства, бросился на жертву. Именно поэтому динамические особенности ситуативных криминалистических конфликтов лишь отчасти характеризуют завершающиеся эпизоды длящихся конфликтных взаимоотношений.

Конфликтные инциденты, завершающиеся насильственным преступлением, имеют, конечно, различные причины, однако все они в своем зародыше имеют и много общего. Все они разворачиваются как конфликты интересов и имеют либо «объектную» либо «безобъектную» основу.

Часть конфликтов характеризуется наличием объекта обоюдных потребностей сторон, фактическая и (или) психологическая «неделимость» которого заставляет каждого участника конфликта единолично претендовать на этот оюъект, отвергая аналогичные попытки другой стороны. Подобные разногласия, например, возникают в тех случаях, когда два ранее незнакомых субъекта одновременно останавливают одну и ту же машину такси или одновременно претендуют на один и тот же столик в ресторане. Каждый из противостояших индивидов стремится захватить некий объект и помешать сделать то же самое другому. Из-за этого возникает ссора, переходящая, как правило, в драку.

Другие криминальные инциденты не имеют подобной основы и могут быть отнесены к категории «безобъектных». Их суть состояит в том, что стороны чинят помехи друг другу в осуществлении определенной деятельности, не связанной с попытками обладания тем или иным объектом. Такова, например, ситуация по делу Н., осужденного за нанесение умышленных легких телесных повреждений. В то время как машинист электропоезда Г. вел поезд в депо, в одном из вагонов находился С., обнаруживший, что забыл при выходе часть своих вещей. Когда поезд начал отходить от плтформы, С. Сорвал стоп-кран, и поезд остановился. Г. отключил стоп-кран и продолжил движение. С. Вторично сорвал стоп-кран. Г. попросил своего помощника привести С. И, увидев его, ударил его кулаком по лицу. Такие же «безобъективные» ситуации встречаются в тех случаях, когда, например, случайный прохожий делает замечание человеку, совершающему хулиганские действия, или прямым вмешательством пресекает его противоправную деятельность.

3. Истоки криминальных конфликтов

Исследование криминальных конфликтных инцидентов, происходивших в американских и ирландских барах, показало широкую вариацию проблем, из-за которых чаще всего возникают подобные конфликты. Конфликты обычно возникают из-за отказа работника бара обслужить клиента, из-за прямых оскорблений и чьего-то неправильного поведения, из-за тем, связанных с политикой и спортом, а также с работой, из-за противоположного пола, денег и собственности, а также в процессе или результате игр. Это исследование со всей очевидностью показывает, что в генезисе ситуативных конфликтов могут лежать не только «объектные» (например, из-за денег) или «безобъектные» (например, из-за чужого неправильного поведения или отказов обслужить) противоречия, но и когнитивные конфлиты. Споры на темы политики или спорта, если они не имеют в виде скрытой основы противоречия интересов (попыток доказать, что собеседник менее компетентен, например) – это чистый вариант когнитивного конфликта; когнитивный конфликт в какой-то момент перерастает в конфликт интересов. В иных случаях спор изначально может существовать как «ширма» для реализации собственных амбиций, как чисто внешняя форма или как «язык», на котором разворачивается не всегда заметная наблюдателю подлинная борьба интересов.

Важно отметить и то обстоятельство, что ситуативные конфликты иногда начинаются с, так сказать, более высокого и «стартового уровня», например с прямых оскорблений и обидных действий. Этот вариант «безобъектного» конфликта можно обозначить как персонализированный, поскольку сталкиваются не частные интересы сторон, а физические и социальные «я» субъектов, их самолюбия, самооценки, защитные механизмы. Аналогичным образом некоторые «объективные конфликты также могут быть отнесены к категории персонализированных: типичным представляется случай, когда кто-либо пытается задержать (пленить) субъекта, нарушающего общественный порядок или совершающего иные противоправные действия. Объектом разногласий фактически является сам задерживаемый, который сопротивляется захвату и защищает право на собственную автономию.

4. Динамика криминальных конфликтов

Динамика ситуативных конфликтов – их развитие от момента возникновения до завершающих насильственных действий – проанализирована в небольшом количестве эмпирических исследований. Исследования такого рода, как вытекает из самого прдмета исследования, практически не могут быть проведены путем насильственного наблюдения за ходом развития конфликта, они всегда опираются на материалы конкретных уголовных дел или в крайних случаях других документов, зафиксированных происшедшее. Эти дела, однако, не дают сразу прямой картины событий, исследователь вынужден по крупицам восстанавливать фабулу конфликта, сопоставляя различные документы дела (в основном различные показания, данные в ходе следствия), чтобы восстановить событийный ряд. Многие детали при этом все же неизбежно ускользают, и потому восстанавливаемая фабула почти всегда оказывается приблизительной. Тем не менее выявленные общие закономерности оказываются вполн плодотворным предметом для дальнейшего научного анализа.

Д. Лакенбилл, изучавший конфликты, завершающиеся убийством, показал, что такие конфликты имеют в среднем шесть стадий:

    будущая жерта оскорбляет будущего преступника или не подчиняется его требованиям;

    преступник интерпретирует эти действия как враждебные и

    отвечает вызовом или физически атакует преступника;

    жертва не подчиняется вызову или ответно физически атакует преступника;

    стороны вступают в физическое столкновение или достигают «рабочего соглашения»;

    стороны продолжают противоборство или вновь вступают в борьбу.

Р.Фалсон и Х.Стэдмен, проанализировав развитие конфликтов, предшествовавших различным типам тяжких насильственных поягательств, установили динамику последовательно состоящую из восьми этапов:

    различные атаки, не приносящие физического ущерба (оскорбления, обвинения, толчки и т.п.);

    попытки влияния (просьбы, уговоры, требования и т.п.);

    неподчинение;

    подстрекательство наблюдателей;

    посредничество наблюдателей;

    угрозу (вербальные и невербальные) со стороны преступника;

    попытки жертвы уклониться от борьбы;

    физическая атака преступника.

Как можно видеть, важной особенностью инцидентов является постепенная эскалация конфликтный взаимоотношений к применению насилия. Ш.Шохам и его коллеги вообще установили, что в подобных криминальных инцидентах количество циклов взаимодействия, состоящих из одноразового обмена реакциями, ограничено и чем выше интенсивность взаимодействия (т.е. чем с более высокого стартового уровня конфликт возник), тем меньше подобных циклов предшествует применению насилия.

В.Н.Кудрявцев и В.П.Казимирчук попытались выявить основные темы взаимных действий в криминальных конфликтах и на этой основе проследить основные варианты их развития. Все действия, предпринимавшиеся сторонами в ходе этих конфликтов, были разделены на семь групп:

    создание помех;

    захват объекта;

    просьбы, требования, отказы;

    толчки;

    угрозы;

    оскорбления;

    физическое насилий.

Обычно криминальные конфликты начинаются с создания кем-то помех для действий другого субъекта или попыток захватить желаемый другим объект, т.е. имеют «объективную» или «безобъективную» основу. Далее их развитие идет различными путями. За первыми проявлениями противоречий может следовать «переговорная» ситуация, состоящая из одностороннего или взаимного взыскания требований или просьб, а также отказов уступить чужим притязаниям. Нередко в ходе криминальных инцидентов сторонами применяются угрозы, которые существенно накаляют ситуацию и обычно, как и оскорбления, переводят ее на новый виток, на стадию одностороннего или взаимного применения физической силы.

Как уже отмечалось, развитие криминальных инцидентов характеризуется эскалацией, представляющей собой, как правило, постепенный переход от менее интенсивных к более интенсивным конфликтным действиям. Эскалация, однако, может быть и не столь постепенной, а иметь скачкообразный, подчас взрывнной, характер. Разумеется, стороны часто вовсе не «симметричны» в своем поведении и обычно лдна из них более активна и агрессивна, хотя не обязательно это именно преступник.

Существенно то, что динамика криминальных инцедентов характеризуется не просто изменением (ростом) интенсивности конфликтных действий, но качественными изменениями в природе самого конфликта. При ререходе на стадию оскорблений и физического насилия обычно происходит оттеснение первоначального предмета конфликта, связанного с теми или иными частными проблемами, на второй план, и доминирующей темой становятся прежде не существовавшие противоречия в личных взаимоотношениях – «проанализированные» противоречия. Конфликт благодаря действию определенных внутренних механизмов перерастает в более глубокую и треднее разрешаемую коллизию. Каковы же механизмы?

Анализируя хал протекания криминальных инцидентов, можно обратить внимание на несколько ключевых механизмов эскалации. Прежде всего сам «переговорный процесс» в этих конфликтах обычно очень краток и,главное, представляет собой столкновение непримиримых позиций, т.е. характеризуется бескомпромиссностью. Попытки договориться и найти взаимно приемлемое решене в таких случаях обычно отсутствуют, каждое требование или просьба вызывает решительный отказ или ответное конфликтное действие. А, как известно, определенные уступки в ходе переговоров часто являются тем средством, которое могжет затормозить конфликт.

Кроме того, попытки высказать сою позицию в конфликте, как правило, производятся с нескрываемой враждебностью. Эта враждебность проявляется в тоне, которым высказывается требование или отказ, в агрессивной позе или выражении лица. Таким образом «переговорное сообщение», предназначенное служить проявлением позиции стороны, становится фактором, углубляющим сложившуюся проблемную ситуацию и переводящим ее в план личного противостояния, конфликта амбиций, самооценок, физических «я». В этом смысле самую провокативную роль играют угрозы. Предназначенные принудить другую сторону уступить собственны притязаниям, они являются типичным и универсальным «бескомпромисным» сродством. Но в формлу угрозы включены возможные санкции за неподчинение требования. А они предполагают посягательство на более существенные интересы противника и тем самым открыто сигнализируют о проявляемой враждебности. Именно за счте этого многие «оюъектные» или»безобъектные» конфликты переходят на следующую ступень эскалации.

Существенную роль в интенсификации конфликта играют конфликтные действия «утилитарного» предназначения, промежуточные, тактические элементы конфликта, такие, как талчки, отталкивания, а также другие различные легкие формы насилия, применяемые сторонами для того, чтобы отдалить противника от пространственного эпицентра конфликта. Эти действия по своему результату выходят за рамки своего функционального предназначения, и применяясь для того, чтобы разрешить в пользу одной из сторон возникающую относительно частную проблему, на самом деле сигнализируют о проявляемой враждебности и вызывают ответную персонально направленную атаку. Борьба переходит на личностный план.

Помимо названных механизмов в ходе конкретного криминального инцидента, как и в ходе длящегося конфликта, значение имеет накопление, аккумуляция отрицательных воздействий, приводящее к взрывным изменениям в конфликтной динамике. Постоянное создание помех, например, или продолжающееся нереагирование на просьбы или требования формируют у противника впечатление о неуважительном и враждебном поведении к его личности, а это также продвигает конфликт по витку спирали, приводя к «персонализированному столкновению».

Наконец, распространенной причиной интенсификации криминальных инцидентов являются разнообразные ошибки восприятия, социально-перцептивные искажения. Как известно, любой человек в ситуации взаимодействия поступает в соответствии с тем образом ситуации, противника, его действий, который складывается у него на настоящий момент. Искажения этого образа способны вызвать неадекватные действия и модифицировать ситуацию, - как правило, в худшую сторону. В конфликте такие искажения часто связаны с преувеличением чужой враждебности и интенсивности (в частности, оскорбительности) действия. Бывают случаи, когда простое замечание воспринимается как оскорбление, а неосторожное действие как предумышленное. Подобное восприятие вызывает контрдействие иного стартового уровня и влечет за собой ответное не менее интенсивное действие. Искажениям восприятия способствует состояние алкогольного опьянения, они также связаны с особенностями склада личности, общей тревожностью и подозрительностью.

Особо следует сказать о тех случаях, когда конфликт не является спонтанным проявлением случайно сложившихся противоречий, а возникает вследствие сознательной провокации одной из сторон. Такие случаи достаточно распространены в уголовно-правовой практике и обычно связаны с квалификацией действий одной из сторон ка хулиганских. Распрстранены случаи приставания к женщинам, находящимся с другим мужчиной, предпринимаемого ради того, чтобы затеять драку с этим мужчиной. Широко известны примеры хулиганского поведения, начинающегося с просьбы закурить или дать немного мелочи. Целбю провокатора является любая отрицательная ответная реакция провоцируемого, отказ, несогласие, как бы основывающее затем его враждебность и хулиганские действия. Преступник разрабатывает своеобразный мини-сченарий взаимодействия, где уже определена последующая участь жертвы.

К особому типу конфликтов с применением насилия следует отнести ритеализированные формы конфликтных столкновений, так называемые «честные драки». Они генетически восходят к широко практиковавшимся в прошлом дуэлям или кулачным боям. Подобный тип насильственного взаимодействия сопряжен с определенными правилами, в частности, теми или иными запретами и ограничениями, например «драться один на один», «до первой крови» и т.п. Эти правила могут быть более жесткими и допускать серьезные ранения или даже смерть одной из сторон. В целом подобные ритуализированные формы конфликтов представляют собой стадию конфликтного процесса, переход к которой происходит в результате соглашения участников.

В целом модно сказать, что криминальные конфликты достаточно разнообразны по формам своего протекания и конкретным механизмам динамики или их сочетаниям. Эти различия зависят от многих фокторов, таких, как особенности личности сторон-участников, их возрастных и половых особенностей, окружения, временных и пространственных факторов и т.п. Безусловно сложнее механизмы развития длящихся конфликтов, имеющих множество скрытых пружин развития. Но все они, несомненно, имеют ряд общих причин как субъективного, психологического, так и объективного свойства.

Комплекс психологических причин криминальных конфликтов связан прежде всего с опытом формирования личности и общей культурой поведения. И главное здесь – неумение идти на компромиссы, «чувство врага», связанное с повышенной подозрительностью и ранимостью, а также нормы поведения, предписывающие совершение возмездия за нанесенный ущерб. Традиции мести и насыщенность человеческой культуры образами насильственного поведения самым роковым образом проявляются в общении конкретных субъектов.

Повседневная жизнь создает множество поводов и объективных причин для разногласий, приобретающих криминальный характер в основном благодаря психологическим причинам. Бытовая неустроенность, дефицит тех или иных товаров и услуг, нехватка денег или иные препятствия к нормальному существованию, создают кратковременные или постоянные очаги фрустрации, которые не только вызывают повышенную раздражительность людей, но и формируют конкретные межличностные проблемы, становящиеся причинами конфликтов.

Список использованной литературы:

    Казимирчук В.П., Кудрявцев В.Н. Современная социология права: Учебник для вузов. – М.: Юристъ, 1995. – 297 с.

    Ривман А.В. Виктимологические факторы и профилактика преступления. Л., 1975.

    Франк Л.В. Потерпевшие от преступления и проблемы советской виктимологии. Душанбе, 1977.

    Рыбальская В.Я. Виктимологические исследования в системе криминологической разработки проблемы профилактики в системе преступлений несовершеннослетних//Вопросы борьбы с преступностью. М., 1980. Вып.33.

    Антонян Ю.М. Роль конкретной жизненной ситуации в совершении преступления. М., 1973.

    Вершинин М.С. Конфликтология конспект лекций. Спб., 2000. Издательство: Михайлова В.А.

1 Ривман А.В. Виктимологические факторы и профилактика преступления. Л., 1975; Франк Л.В. Потерпевшие от преступления и проблемы советской виктимологии. Душанбе, 1977.

2 Рыбальская В.Я. Виктимологические исследования в системе криминологической разработки проблемы профилактики в системе преступлений несовершеннослетних//Вопросы борьбы с преступностью. М., 1980. Вып.33

3 Антонян Ю.М. Роль конкретной жизненной ситуации в совершении преступления. М., 1973