Башкирская ветвь российского древа философов

Башкирская ветвь российского древа философов

Абдуллин А.Р.

…Нужно писать не словарь философский, а словарь «философов», потому что именно в философии, как и в поэзии или беллетристике, мастер выше мастерства - мастер кует статую, и самая техника статуи гораздо меньше стоит, чем душа творца.

Н.Н.Русов, ж-л «Новая русская книга», 1922

Нужен ли «словарь философов»? Да, нужен. Но почему? Разве недостаточно существующих «философских словарей»? Недостаточно, ибо философия занимает особое положение среди прочих наук. Вдумайтесь: химик «химичит», философ «философствует». Какая между ними принципиальная разница? В любом химическом процессе претерпевает изменение вещество, в процессе же философствования – дух человека, т.е. философа. Химическая реакция может носить имя ее первооткрывателя, но связь эта условна. В том-то и состоит ценность науки, что ее результаты не зависят от личности их создателя (субъекта). Поэтому «бесчеловечность» есть критерий объективности научных результатов, и, следовательно, «бесчеловечная» наука не нуждается в словарях своих ученых.

Совершенно иным образом обстоит дело с философией. Почему «научные» результаты философствования имеют непосредственную связь с личностью философа? Потому, что философствование изначально предполагает философскую настроенность! Ученому не понять, какую роль для философа играет настроение. Суть ее состоит в следующем. Речь философа всегда соответствует чему-то, а именно бытию сущего. Но как возникает это соответствие? Великий мыслитель ХХ века Мартин Хайдеггер так отвечает на этот вопрос: «Сущее как таковое располагает речь таким образом, что она настраивается на Бытие сущего. Соответствие является настроенным обязательно и всегда, а не лишь иногда и случайно. Оно есть некая настроенность. И только на основе настроенности повествование соответствия получает свою точность, свою расположенность» [5, с. 120]. Быть расположенным к чему-либо значит любить. Философия и есть любовь к … Подлинную Любовь не доказывают, она самодоказуема, достаточно лишь выразить ее, высказать. Таковым является и Сказ философа...

Философское познание априорно, т.е. оно не нуждается в научных экспериментах. Философское познание есть духовное обладание предметом или, как пишет другой немецкий философ Д.Гильдебранд, «философская тоска, eros, имеет своей целью не только интеллектуальное обладание… Одновременно она хочет разрешиться в духовном «обручении» с этим миром, которое выражается в контемплативном (kontemplativ – созерцательный, постигаемый интеллектуальной интуицией. – А.А.) обладании, в созерцании последнего» [2, с. 290]. Для того, чтобы познать, философ должен настроиться, полюбить. Только в этом случае происходит априорное познание, философ познает свой предмет изнутри, ибо он обладает им в своем духовном прозрении.

В философском познании в отличие от научного нет субъект-объектного отношения, ибо между ними (субъектом и объектом) нет разрыва, и, следовательно, нельзя разрывать философию и ее философов. Чтобы понять это, нужно уметь отличать сферу философского познания от прочих, не философских сфер. А это уже предмет отдельного разговора.

II

Как бы в подтверждение вышеприведенных рассуждений федеральная программа книгоиздания Росси недавно выпустила книгу П.В.Алексеева «Философы России ХIХ – ХХ столетий. Биографии, идеи, труды» (3-е изд., перераб. и доп. М.: Академический Проект, 1999. 994 с.).

Книга состоит из следующих частей:

Предисловия автора;

Истории создания словаря «Философы России» 1918-1922 гг.;

Вступительных статей С.Л.Франка «Сущность и ведущие мотивы русской философии» и И.Ю.Алексеевой «Философия в современной России и русская философия»;

Примечаний от издательства;

Словарных статей примерно на 2000 персоналий, содержащих биографический материал, суть философской концепции и список основных работ;

Указателя статей.

Как не трудно заметить, «философы России» - это те люди, чей дух воплотился в русской философии и философии современной России. В чем же особенность их духа? На этот вопрос по сегодняшний день еще не дан убедительный и аргументированный ответ. Почему? Как вариант ответа можно истолковать следующее высказывание российского философа, специалиста по истории философии А.Ф.Лосева: «Если мы теперь возьмемся кратко сформулировать общие формальные особенности русской философии, то можно выделить такие пункты…» [3, с. 213]. Всего им выделяется три пункта:

1. непрофессиональность, так как она (русская философия) постигает «не посредством сведения к логическим понятиям, а только в символе, в образе посредством силы воображения»;

2. публицистичность, поскольку «она часто является в виде публицистики»; «поэтому среди русских очень мало философов par excellence (по преимуществу): они есть, они гениальны, но зачастую их приходится искать среди фельетонистов, литературных критиков…»;

3. вторичность, например, по отношению к литературе, ибо именно «художественная литература является кладезем самобытной русской философии» [там же, с. 214].

При анализе русской философии мы сталкиваемся с тем же, что и при анализе самобытности русской живописи. Так, исследуя творчество крупнейшего отечественного искусствоведа, специалиста по русской школе живописи XVIII – XIX вв. Д.В.Сарабьянова, Б.Г.Лукьянов пишет: «В результате создается устойчивое впечатление, что русская школа живописи была неким провинциальным вариантом других европейских школ. Многие объективные констатации достоинств творчества русских художников, которое присутствуют в книге, не могут изменить безрадостной картины несамостоятельности, какой-то беспомощности даже крупных представителей русской живописи» [4, с. 228]. Это можно объяснить тем, что из числа российских философов и художников никто не внес такого же вклада в мировую культуру, как композитор П.И.Чайковский, писатель Ф.М.Достоевский, в науку - химик Д.И.Менделеев и т.д.

Но все же, несмотря на это, национальная особенность присуща русской философии. Истоки этой особенности в русской религиозности, в отличии православия от западной церкви. Вот как характеризует ее в указанной выше статье С.Л.Франк: «В религиозной жизни каждый должен молиться за всех и не только за живущих, но и за умерших; каждый должен просить о помощи всех и только так можно спастись – эта идея образует сущность восточной церкви и содержание ее литургии. И точно так же должно быть и в мирской жизни» [см. указ. соч., с. 11]. Здесь истоки русского социализма, коллективизма, «хорового принципа» или «соборности», а также и «космизма».

Автор второй вступительной статьи, И.Д.Алексеева, предлагает характеризовать русскую философию по следующим пяти признакам:

1. «Онтологизм», т.е. онтологизация гносеологических и этических понятий;

2. «Гносеологический реализм», т.е. если человек полностью принадлежит миру, то его познание мира должно быть не только рациональным, но и внерациональным (жизненно-чувственным);

3. «Несистематичность», т.е. ее недоработанность;

4. «Мы-философия», т.е. ее противоположенность индивидуализму Западного мира;

5. «Религиозность», т.е. молодость русского философского самосознания, не отошедшего еще от богословия, от своих религиозных корней.

Что же касается советского периода философии, то И.Д.Алексеева пишет: «Существенной чертой советской философии, развивающейся под флагом научности, было ее стремление к систематичности», а ее отличие от русской такое же, как «различие меду философией, сформировавшейся в жестких рамках идеологических ограничений, и философией свободной» [см. указ. соч., с. 13, 14]. Поэтому, отмечает она, сегодня, с обретением свободы, развитие философии в России связывается не в последнюю очередь с русской философией. Вопрос «о национально-философских традициях и перспективах множества народов, входящих сегодня в Российскую Федерацию» в указанном исследовании специально не рассматривается, и лишь только оговаривается, что это «особая тема» (там же). Мы же затронем и эту тему.

III

Что представляет собой философия в нашей республике? Во-первых, в республике создано Башкирское Отделение философского общества Российской Федерации (председатель - д.филос.н., проф. Б.С.Галимов), которое объединяет 25 докторов философских наук и более 115 кандидатов наук [1]. Во-вторых, в столице республики активно работают два Научных совета по защите докторских и кандидатских диссертаций, отдел философии при Институте социально-экономических исследований УНЦ РАН, три философских семинара, Уфимское философское общество имени И.-Г.Фихте. В-третьих, деятельность башкирских философов уже нашла признание у российских коллег. Так, на недавно прошедшем втором Российском философском конгрессе профессора Башкирского государственного университета А.Ф.Кудряшев и Б.С.Галимов были сопредседателями секции 1 «Философская онтология» и секции 2 «Теория познания, эпистемология» соответственно [6]. Надо ли напоминать о том, что онтология и теория познания являются ядром и душой философии. И поэтому нет ничего удивительного в том, что в рассмотренном выше словаре «Философов России» есть имена и башкирских философов. Более того, автор указанной книги в своем вступительном слове выразил благодарность «за поддержку «Уфимскому обществу И.-Г.Фихте». Итак, кто же они, представители башкирской ветви российского древа философов?

Патриархом башкирской философии можно смело назвать академика АН РБ Фагима Бенияминовича Садыкова (16.06.1928-23.06.1998). Именно с него начинается основной этап становления философии в нашей республике и ее признания в России [1]. «В своих трудах С. обосновывал идею приоритетности общечел. ценностей. Изучая противоречия социалистич. об-ва, С. пришел к выводам о деформированности социализма в стране. <…> М.С.Горбачев в 1969 под давлением сверху участвовавший в осуждении монографии С., в 1995 в книге «Жизнь и реформы» признал его правоту», - сказано о Ф.Б.Садыкове в книге П.В.Алексеева [с. 692].

Одним из ведущих исследователей башкирской духовной культуры, несомненно, является член-корреспондент АН РБ Дамир Жаватович Валеев (р. 02.01.1940). Как философ Д.Ж.Валеев является специалистом в области этики и философии права. «Этич. иссл. позволили сделать вывод о том, что первые моральные нормы не могли быть только запретами, а имели синкретическую структуру, содержали как императивы активного поведения, так и запреты. <…> Рассматривая взаимосвязь нац. и гос. суверенитета применительно к суверенным республикам в составе РФ, В. пришел к заключение, что нац. суверенитет республикообразующих этносов первичен по отношению к гос. суверенитету республик» [с. 146].

С именами следующих философов связаны специфика и сущность советского периода философии, которые была ранее нами охарактеризованы как стремление к «научности и системности», ибо исследуемые тогда философские проблемы естествознания позволяли уклониться от жесткой идеологической схемы марксизма. Такой исследовательский настрой в нашей респуб-лике задал Баязит Сабирьянович Галимов (р. 26.05.1942) Так, тема его докторской диссертации носит уже строго научный и системообразующий характер: «Принцип развития в основаниях научной картины мира (методологические проблемы)». Здесь он «рассматривает картину мира как предпосылку формирования и функционирования теор. знания. <…> Др. направлением иссл. Г. является концепция мозаичной филос. В ней филос. не имеет одного, так называемого основного вопроса. В зависимости от аспекта рассмотрения деятельности человека в мире формулируется ряд вопросов, проблем философии» [с. 186].

Философскому основанию понятия материи посвящена докторская диссертация и.о. заведующего кафедрой философии БашГУ (ведущей философской кафедры республики) Дамира Ахметовича Нуриева (р. 18.03.1941). «Н. выдвигает и обосновывает идею о том, что проблема понимания природы взаимозависимости вещества и его свойств (поля и его свойств) центральная и сквозная» в постановке и разработке многих фундаментальных вопросов современной философии. «Н. доказывает, что в процессе познания посредством языковой реальности и языковой деятельности с самой действительности «снимаются» не только свойства вещей и тел, физ. и биол. полей, но и сами поля со всеми своими свойствами» [с. 573].

То же стремление к «научности и системности» отражено в докторской диссертации Александра Федоровича Кудряшева (р. 29.07.1946) «Единство научного знания: методологические и социальные основания». Им «раскрывается единство онтол., гносеол., теор, и логического обоснования. Показывается связь проблемы обоснования знания с проблемами онтологии. Особое внимание обращается на бытие в языке…» Попутно нужно отметить, что проф. А.Ф.Кудряшев руководит философским семинаром в БашГУ.

Совершенно иная тематика исследований представлена Аркадием Викторовичем Лукьяновым (р. 19.10.1959) – специалистом в области истории философии. История философии – в недавнем прошлом одна из тех трех ниш (история философии, философия естествознания и критика буржуазной философии), где философы могли уединиться и сохранить внутреннюю, духовную свободу. «Изучая гуманистические и технократические, тоталитарные тенденции в истории немецкого идеализма, а также в рус. филос. конца XIX – нач. XX вв., Л. выдвинул идею разграничения духовного (созидающего) и любящего «Я», что позволяет, как он полагает, глубже исследовать противоречия и парадоксы духа и духовности. <…> Значительное место в научной деятельности Л. занимают переводы нем. философов на рус. яз.» [с. 478]. А.ВЛукьянов является инициатором создания и президентом философского общества им. И.-Г.Фихте, благодаря чему философское сообщество Уфы получило известность далеко за пределами России.

IV

Выше было кратко изложено содержание только шести из более чем 2000 статей выпущенного недавно «словаря философов». Критерий отбора ясен и однозначен – эти шесть философов представляют «башкирскую ветвь» российской философии. Но почему российская философия представлена 2000, а не 200 или 20 философами? Иными словами, по какому критерию отобраны российские философы? Вот что по этому поводу пишут сами издатели словаря: «…эта книга – не об одних только философах-титанах и оригинальных мыслителях. Никакие глобальные философские открытия и перевороты, рождения гениальных систем и имен не были бы возможны, если бы синхронное и диахронное единство философского знания не поддерживалось честным и самоотверженным трудом многих сотен рядовых квалифицированных философов-профессионалов» [с. 15].

Итак, критерием отбора является не гениальность или оригинальность, а профессиональность. Тогда возникает закономерный вопрос: а все ли «философы-профессионалы» указаны в этом объемистом труде? Должны ли мы считать, что те философы, чьи имена не указаны в этой книге, являются непрофессионалами?

Наверное, все-таки нет. Если учесть предыдущие два издания словаря, то можно предположить, что этот список неполîн и далек до своего завершения.

И все же словарь «Философы России» - эпохальная и фундаментальная работа; в ней реализован «принцип объективного и максимально полного осмысления духовных исканий человечества … стремящегося создать целостное и открытое представление о культуре России…» [с. 15]. А разве возможна российская культура без исконно русского «авось»?!

Список литературы

Галимов Б.С., Нуриев Д.А., Лукьянов А.В. Философия в Республике Башкортостан. Уфа, 1999. 104 с.

Гильдебранд Д. Что такое философия? СПб.: Алетейя, 1997. 374 с.

Лосев А.Ф. Русская философия // Философия. Мифология. Культура. М.: Политиздат, 1991. С. 209-236.

Лукьянов Б.Г. Некоторые проблемы методологии искусствознания // Пути творчества и критика. М.: Изобраз, Искусство, 1990. 304 с.

Хайдеггер М. Что это такое – философия? // Вопросы философии. 1993. № 8. С. 113-123.

Второй российский философский конгресс «ХХI век: будущее России в философском измерении». Программа. Екатеринбург, 1999. 7-11 июня. 25 с.

Для подготовки данной применялись материалы сети Интернет из общего доступа