Роль колыбельных песен и поэзии пестования в системе детского фольклора

Муниципальное общеобразовательное учреждение

«Гадалейская средняя общеобразовательная школа»

Тулунского района

РОЛЬ КОЛЫБЕЛЬНЫХ ПЕСЕН И ПОЭЗИИ ПЕСТОВАНИЯ

В СИСТЕМЕ ДЕТСКОГО ФОЛЬКЛОРА

Реферат по литературе

Выполнила:

ученица 10 класса

Говорина Анастасия

Руководитель:

Садовская С.А.,

учитель русского языка и литературы,

I квалификационная категория

Гадалей, 2009

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение

Глава 1. Особенности детского фольклора

Глава 2. Фольклор материнства и детства

2.1 Колыбельные песни

2.2 Поэзия пестования

2.2.1 Пестушки

2.2.2 Потешки

2.2.3 Прибаутки

Заключение

Список использованной литературы

ВВЕДЕНИЕ

Состояние нашего общества в данный период времени характеризуется тем, что мы, пытаясь угнаться за другими странами и стараясь выглядеть на международной арене цивилизованными, совершенно забыли о том, что всегда отличало нас от других и составляло нашу сущность, сущность русского человека – верность традициям наших предков и память о них. Мы очень часто говорили о том, что нам не нужно богатое наследие прошлого России, что мы создадим свою собственную пролетарскую культуру. Сейчас приходится с горечью признавать, что все эти красивые лозунги и решительные действия завели в тупик.

Именно поэтому теперь назрела необходимость возвращения к истокам культуры русского народа, которая уходит корнями в глубокую древность. Не зная истории прошлого, нельзя познать настоящее и постигнуть будущее.

В каждом классе на уроках литературы мы знакомимся с произведениями УНТ. Но для составления целостной картины жизни наших предков, постижения всего богатства русского фольклора необходимо более глубоко знакомиться с ним.

Детский фольклор относится к тем феноменам культуры, о котором все слышали или говорят. Но, признавая его самобытность и оригинальность, даже исследователи не всегда могут точно определить своеобразие данной разновидности фольклора.

Цель моей работы: дать представление о фольклоре материнства и детства как разновидности детского фольклора.

Исходя из поставленной цели, можно выделить следующие задачи:

    Рассмотреть происхождение, содержание, сюжет, образную систему колыбельных песен и прибауток.

    Проследить за механизмом действия пестушек.

    Представить структуру потешек.

I. ОСОБЕННОСТИ ДЕТСКОГО ФОЛЬКЛОРА

Детский фольклор представляет одно из направлений устного народного творчества. Большой подбор текстов произведения бытует и во взрослой, и в детской среде, но методика исполнения, лексический и стилевой составы существенно различаются.

Переходя в детскую среду, большинство заимствованных текстов перестраивается в соответствии с особенностями детской психики. Они выполняют как информативную, так и педагогическую и развлекательную функции. Многие произведения детского фольклора перешли к детям так давно, что память об этом утратилась, другие произведения перешли в детский фольклор недавно.

Традиционно можно выделить два направления, по которым происходит пополнение детского фольклора. С одной стороны, фольклор взрослых приспосабливается к детской среде. С другой, самими детьми создаются произведения, учитывающие специфику мировосприятия ребенка (страшные рассказы, садистские стихи). Но есть и третий путь - создание взрослыми произведений, специально предназначенных для детей (поэзия пестования, колыбельные песни).

Приспособление фольклора взрослых предполагает упрощение сюжета, привнесение в конфликт большей занимательности, создание ярких запоминающихся образов, упрощение языка. Часто используется рифмованное изложение событий, тексты отличает несложный язык, понятные выражения и обороты.

Наблюдается прямое перенесение из взрослой среды в детскую отдельных произведений, например, песен. В первую очередь это сатирические, скоморошные песни. Когда содержащаяся в произведениях сатира перестает быть понятной, уходят в прошлое породившие ее социальные явления, тексты перестают повторяться и забываются взрослыми. Обрядовые песни переходят к детям в тех местах, где взрослое население перестает осознавать их как часть ритуала. Так, обычай колядования исчез среди взрослого населения, но сохранился среди детей, которые воспринимают его как составляющую праздника Нового года.

Нередко подобные произведения становятся основой для словесных игр. Детей привлекают их яркая форма и интересный сюжет, необычные ситуации, передача животным функций людей. Произведения типа «Как у бабушки козел», «Сватовство совы», «Смерть комара», «Война грибов» превратились в обычные игры. Со временем игры и народные драмы начинают бытовать исключительно в детской среде.

Согласно выводу М.Н. Мельникова, «детский фольклор представляет собой специфическую область народного творчества, объединяющую мир детей и мир взрослых, включающую целую систему поэтических и музыкально-поэтических жанров».

Признаки детского фольклора:

    простота конструкций,

    несложный, но динамично развивающийся сюжет,

    запоминающиеся образы,

    несложные синтаксические конструкции,

    четкий внутренний ритм,

    кумулятивность,

    звукоподражания, аллитерации, ассонансы.

Тексты рассчитаны на образное, зрительное восприятие, быстрое запоминание. Часто в них повторяются одни и те же сюжетные мотивы.

Ребенок способен запоминать информацию небольшими частями, поэтому для различных жанровых форм характерны повторы разного уровня: отдельных слов, оборотов и понятий. Часто для рифмовки используют прием звукоподражания, средств масс-культуры, одинаково воспринимают отдельные жанры детского фольклора (в первую очередь колыбельные песни, сказки, приговоры, а затем и дразнилки, страшилки, обрядовые формы).

И деревенский ребенок, воспринимающий с раннего детства обрядовую сторону фольклора благодаря общению с его носителями, и городской ребенок, формирующийся под воздействием средств масс-культуры, одинаково воспринимают отдельные жанры детского фольклора (в первую очередь колыбельные песни, сказки, приговоры, а затем и дразнилки, страшилки, обрядовые формы).

Детское мировосприятие отличается от мироощущения взрослых, детский фольклор способствует созданию собственного игрового мира. Очевидно также, что в зависимости от возраста меняется характер детского творчества, круг интересов восприятия и, следовательно, изменяется использование форм детского фольклора

Термин «детский фольклор» стал употребляться с середины XIX века. Издавая «Русские народные песни» П.В. Киреевского, П.А. Бессонов впервые выделил детские песни в самостоятельную разновидность фольклора. В 1848 году П.А. Бессонов подготовил сборник текстов «Детские песни», ставший первой публикацией детского фольклора.

Основное содержание понятия «детский фольклор» установилось в двадцатые годы ХХ века. Стало очевидно, что к детскому фольклору относятся произведения устной народной словесности, предназначаемые для детей и бытующие в детской среде.

Носителями детского фольклора являются как сами дети, так и взрослые - матери, бабушки, няни и все те лица, на попечении которых находятся дети или которые в силу тех или иных обстоятельств близки к детям.

Детский фольклор является «арсеналом и почвой» русской детской литературы, постоянно питает и обогащает ее. Творчество каждого литератора, писавшего для детей, тесно связано с детским фольклором, освоением накопленного в нем опыта. В свою очередь, детские писатели оказывают заметное влияние на детский устно-поэтический репертуар. В нем появляются устные реминисценции произведений, особенно малых форм, созданные профессиональными литераторами.

Проблема фольклоризма русской детской литературы имеет огромное теоретическое и практическое значение, заслуживает глубокого и всестороннего исследования.

II. ФОЛЬКЛОР МАТЕРИНСТВА И ДЕТСТВА

2.1 Колыбельные песни

Славянские названия колыбельных песен восходят к глаголам колыбать, кохать, колебать, качать, зыбать. В северных губерниях России колыбельные песни назывались «байками» от байкать, убаюкивать.

Создателями и носителями колыбельных песен являются матери, бабушки, няньки, укачивающие ребёнка в колыбели или на руках. Одновременно они обращаются к нему с песней. Умение укачивать ребенка считалось настоящим искусством.

Колыбельные песни исполнялись до тех пор, пока ребенок не засыпал. При необходимости песни следовали одна за другой, скрепляясь припевом или повторами (чаще всего обращениями): «спи, младенец», «спи да усни», «спи, Таня», «спи, дите».

Наименования жанра связаны с назначением колыбельных песен, созданных для того, чтобы с помощью размеренного ритма и монотонного напева укачивать, убаюкивать ребенка. В колыбельный период ребенок воспринимает только ритмичную мелодию и соответствующее ей движение. Заметив, что при ритмичном покачивании ребенок засыпает быстрее, человек создал колыбель. Утилитарно-бытовая функция песен всегда дополнялась воспитательной и эстетической. Исполнитель песен выражал свое отношение к окружающему его миру, сообщал некоторые полезные сведения, выражали свои потаенные желания.

Этнографы показали, что тексты колыбельных песен складывались постепенно, вначале они состояли из цепочек междометий и побуждающих слов, повторяющихся в такт с движениями колыбели. К ним присоединялись и ритмичные поскрипывания ее деревянных частей. Подобные записи сделаны в разных частях земли от Африки до Северной Америки. Постепенно развилась словесная составляющая и появились собственно колыбельные песни.

Древнее происхождение колыбельных песен доказала А.Н. Мартынова. Она считает, что колыбельные песни произошли из охранительных заговоров, входивших в обряд «первого укладывания ребенка в колыбель», которые должны были защитить ребенка от бессонницы, болезней, действий враждебных сил. А.Н. Мартынова показала, что антропоморфные образы Дремы, Сна, Покоя присутствовали в подобных заговорах и потом из них перешли в тексты колыбельных:

Ходит сон по сеням,

А дрема по терему,

Ищет Валю в пологу,

Нагибком качелю.

Сон говорит:

«Надо Валю усыпить».

А дрема говорит:

«Надо Валю удремить».

Сон да дрема,

Накатитесь на глаза!

Если младенец не засыпал, то винили Сон и Дрему. К ним обращались с упреками:

Глупый Сон, Сон!

Неразумная Дрема!

Мимо ты ходишь,

Колыбели не находишь.

Тогда Сон и Дрему просили прийти к ребенку:

Сон да Дрема,

Приди к Ване в голова.

Сон да Дрема,

Накатися на глаза.

В старинной карельской колыбельной песне мы находим и прямо выраженную просьбу. Она воспроизводит древний погребальный обряд:

Приходи-ко дед-снотворник,

Дед-снотворник, бабка-дрема,

Сон с собою принеси,

Сладкий сон в корзинке медной,

Дрему в чаше оловянной,

Лентой шелковою мягкой

Повяжи ребенку глазки.

Лентой мягкой, золотою

ты прикрой ребенку веки.

Завяжи ты глазки крохе

Лентой шелковою мягкой,

Ты закрой малютке уши

Золотой своей серьгою.

Особенности композиции колыбельных песен напоминают заговоры. В некоторых текстах представлена типичная для заговора схема договора с представителями иного мира: им обещают подношение, а взамен просят сон и благополучие. Жертвой может выступать и ребенок:

Возьми, возьми маленькую

Туути, дочку, в край Туони,

Будет в Манале невеста".

(Туони - повелитель Маналы, царства мертвых).

В колыбельных песнях присутствуют и такие свойственные заговорам особенности, как обращения к животным: «Курица, возьми бессонницу у (имя), дай свой сон». (Выбор курицы не случаен. В верованиях большинства славянских народов она рассматривалась как воплощение женского и материнского начала. Отсюда возникло традиционное наименование ребенка цыпленочком).

Со временем появилось аналогичное обращение к коту: «Кошки, коты, / Принесите дремоты».

Как ночное животное кот считался носителем сна, поэтому его образ заместил курицу, ритуальное значение образа которой было утрачено. Перед тем как ребенка первый раз уложить в колыбель, туда помещали кота, чтобы на него пали возможные козни злых сил. «Спивать кота» - у белорусов и украинцев означает убаюкивать ребенка пением.

У народов, живущих в тайге, зафиксированы колыбельные песни, содержащие обращения к медведю и волку – важнейшим тотемным животным. С первых дней жизни ребенка мать просила их оказать покровительство.

После принятия христианства в колыбельных песнях появляются образы традиционных защитников - ангелов, святых, господа Бога, которых призывают для помощи и благословения. Чаще всего обращаются к Богородице с просьбой защитить младенца от нечистой силы, уберечь, усыпить:

Успения Мать,

Уложи младеня спать

На тесову на кровать.

В колыбельных песнях встречаются не только благопожелательные обращения. Известны тексты, в которых ребенку желают смерти.

В подобных песнях три сюжета: описание будущих похорон ребенка, места его погребения, поминок. Некоторые тексты похожи на формулы, них повторяются одни и те же слова и выражения:

Господи, благослови,

Вымылся, выпарился,

Сердецьное дитятко,

На сон, на рость,

На добрую милось.

Спи по ноцям,

А расти по цясам".

Пожелание смерти выражается не только в повествовательной, но и в вопросительной форме: «Нет ли местечка в раю?» (для ребенка).

С одной стороны, подобные тексты представляют собой пережиток древнего обычая, когда слабых, увечных и «лишних» детей убивали, избавляя от мук болезни и голода.

Баю, дитятко,

Качаю тебя,

Чтоб ты спало,

Не плакало

И матушке

Покой дало.

Бросим тебя в пруд,

В Дунай реку,

Хватай его водяной.

Обращение к смерти является одной из традиционных форм охранительной магии. Желая смерти своему ребенку, матери стремились обмануть злые силы. Аналогичную направленность имели и отрицательные охранительные прозвища. Тексты с подобными сюжетами появлялись в периоды различных бедствий, неурожаев, эпидемий.

В ходе эволюции колыбельные песни утратили магическую функцию, но тексты продолжали сохраняться в памяти. По древнейшим моделям стали создавать новые и новые произведения, носившие чисто практический характер. Ежедневное исполнение песен позволило сохраниться как древним текстам, так и новым, появлявшимся в практике ухода за детьми.

В колыбельных песнях матери рассказывали о радостях и горестях своей жизни, о своих хозяйственных заботах, о том, что их занимало в данное время. Одновременно ребенок получал некоторые сведения об окружающем его мире, постигал особенности родной речи. Отвлекаясь от работы из-за ухода за ребенком, мать могла спеть такую песню:

Спи, поспи,

А мы потеряли денек,

А не пряли простыньки,

Не мотали мотки,

Не ткали поставки.

В колыбельной песне всегда отражались идеалы своего времени. В дореволюционных записях встречаются пожелания богатства, общественного положения:

Спи, Ванюша, в камке,

Пробудись в тафте,

В алом бархате.

Станешь в Питер ходить,

Серебро, золото носить.

После пожелания богатства и обеспеченной жизни в колыбельной песне подробно описываются самые разнообразные занятия - рубка дров, приготовление пищи, уход за полем, ткацкие работы. Иногда встречается описание будущей жизни ребенка:

Вырастешь большой,

Недосуг будет спать,

Надо работу работать,

Орать, боронить,

Огород городить,

В лес по ягоды ходить,

По коровушку ходить.

Под влиянием обрядовых, в частности величальных песен, в колыбельных песнях появляются описания идеальной колыбели, у нее: «огибочка шелкова», «рог золотой», «подушечка перинка», «одеяльце соболье», «очепок вересовый». Часто сравнивают колыбель и вещи кота; понятно, что у ребенка все оказывается лучше, чем у животного:

У котика, у кота

Колыбель хороша,

У моего Сашеньки

Лучше его.

У кота, кота

Перинушка мягка,

У моего Сашеньки

Мягче его.

У кота, кота

Подушечка бела,

У моего Сашеньки

Соболиная лежит.

Основным приемом становится сравнение, сопоставляются не только предметы, но и окружающие, родственники, например, говорится, что «у кота мачеха лиха». В колыбельных может содержаться связный рассказ. Повсеместно распространена русская песня о мужике (хозяине, барине, Федоре и т. д.), у которого полна хата ребят. Варьируются начало и конец, но основная часть текста сохраняется:

Баю-баюшки, баю.

Живет мужик на краю.

Он не беден, не богат,

Полна горница ребят.

Все по лавочкам сидят,

Кашку масляну едят.

Концовка существует в двух вариантах, в одном перечисляются ребята:

Первый Гришка,

Второй Мишка,

Третий Ванюшка сынок,

Сынок милый паренек.

В другом тексте встречаем иную концовку:

Кашка масляная,

Ложка крашеная,

Ложка гнется,

Нос трясется,

Сердце радуется.

В колыбельных песнях XIX века встречаются реалии, упоминания, не связанные с крестьянским бытом, называются такие предметы, которые в крестьянской обстановке не встречаются. Дитя качают «нянюшки, мамушки, сенные девушки», они «прилюлюкивают», что ребенок, когда вырастет, будет

Нянюшкам и мамушкам

Обновочки дарить,

Сенным девушкам -

По платьицу,

Старым старушкам -

Подзатыльнички.

(Подзатыльничек - женское головное украшение).

Параллельно упоминаются терем, золотое монисто у маменьки, соболи и куницы у папеньки, камка, парча, алый бархат; колыбель ребенка декоративно украшена: «крюки золотые, ремни бархатные, колечки витые». Очевидно, что подобные песни зародились в одной социальной среде и затем перешли в другую.

В текстах, записанных в крестьянской среде, редко встречаются мечты о школе и обучении; попадаются редко, практически отсутствуют пожелания типа:

Станешь в школу ходить,

Станешь книжки учить,

Выучисся в книжке,

Станет батюшка женить...

Они появляются лишь с середины XIX века. Можно предположить, что подобная песенка сложилась среди крепостных, тем более что запись ее относится к 1857 году. В фольклоре разных народов встречаются колыбельные песни, в которых говорится о работе членов семьи:

Баю, баиньки-баю,

Отец пошел за рыбою,

А матушка дрова рубить,

А бабушка уху варить.

В колыбельных часто встречается описание покупок на ярмарке или в городе, одного из значительных событий в крестьянской семье:

Байки, побайки,

Куплю матери китайки,

Отцу кумачу,

Братцу бархатцу,

Сестре ленточку,

Дедке - сапоги,

Бабке – коты.

Ей к обедне ходить.

(Коты – вид женской валяной обуви).

Ребенок всегда получает какой-нибудь подарочек или обновку:

Купим сынку валенки,

Наденем на ноженьки,

Пустим по дороженьке.

Достанутся ребенку и гостинцы:

Под подушкой калачи,

В руках прянички,

В щечках яблочки.

Сюжет колыбельной песни развивается динамично, в каждом стихе развертывается новая картинка, поскольку ребенок не может долго задерживать свое внимание на одном предмете.

Для колыбельных песен характерна персонификация предметов и явлений окружающего мира, наделение животных чертами и качествами людей. Главным персонажем славянских колыбельных песен является кот. Он становится первым объектом наблюдения для ребенка - живет в избе, привлекает внимание своими движениями, игривостью, мягкой шерсткой. Кот изображается весьма подробно, с присущими ему внешними признаками, повадками и привычками:

Котик, коток,

Серый хвосток,

Шейка твоя белогорлистая.

Вместе с тем кот занят своими обычными делами:

Сирый кит

На колодку скик,

Зпиймав мышку,

Пустив у колыбку,

Мышка буде грати,

Ваня буде спати.

Воспринимая кота как помощника матери, его зовут ночевать, ребенка качать и обещают всякие награды: «кувшин молока, конец пирога», «тапы в лапы», «склянку вина», «редьки хвост и великий пост», «сошьем тебе чоботы по самые животы», «хвостик вызолочу, лапки высеребрю» и т.д.

Кота уговаривают не ходить к чужим детям:

Не качай ты, коток,

Чужих деточек

Малолеточек.

Поди к нам ночевать

Да Ванюшу качать.

Кот осердился,

На печку спать ложился,

Онучи в голову клал

И Ванюшу не качал.

Приобретая человеческие качества, кот совершает обычные повседневные действия, выполняет традиционную домашнюю работу:

Кошка лыки дерет,

Коту лапти плетет.

Или:

Вымети сени,

Вымый ложки,

Погуляй трошки.

Иногда кот ведет себя как воришка, слизывает сметану, творог. Описания проказ кота, напоминающие типичные детские шалости, часто заканчиваются нравоучениями:

Не лизь на колодку,

Бо разобьешь головку.

Кот не послушался,

Пошел по водицу,

Тай упал в крыницю.

Во многих песнях говорится о вороватом коте:

Повадился коток

По сметану, по творог.

Как увидели кота

Два лакея из окна,

Они хлопнули окном,

Побежали за котом.

Ударили чоботом.

Иногда кот оказывается не виноват в случившемся, бывает и так, что

Повар пеночки слизал,

На меня, кота, сказал.

Другие животные упоминаются реже, иногда на месте кота оказывается зайчик, а в колыбельных северных губерний можно найти соболей, куниц, лисиц.

Персонажами колыбельных песен могут становиться и птицы. Чаще всего в колыбельных появляются голуби, или, как их называют на детском языке, гуленьки. В песнях рассказывается, как голуби прилетают на колыбель ребенка и думают о том, чем бы его накормить, напоить, утешить и порадовать. Образ кроткого, нежно воркующего голубя олицетворяет нежность и заботу. Обилие уменьшительных префиксов, повторение буквы «л» в словах передают их воркование:

Люли, люли, люлиньки,

Сели гули налюлиньку,

Стали гули ворковать,

Чем Ванюшу нам питать?

Чайком, молочком, сахарком,

Залетели в уголок,

Зажигали огонек,

Стали кашку варить,

Стали Ваню кормить.

Реже в колыбельных упоминаются другие птицы - куры, вороны, грачи:

Ай качи, качи, качи,

Прилетели к нам грачи.

Они сели на ворота

Ворота-то - скрып, скрып,

А Коленька спит-спит.

В колыбельных песнях также встречается персонаж, которым пугают ребенка. В русском крестьянском быту им может стать и медведь, и «серый волк», и «бука», и другие страшные для ребенка существа:

Придет серенький волчок,

Схватит Катю за бочок,

Утащит ее в лесок,

Закопает во песок.

Станут Катеньку искать

По болотам, по мохам...

Мать уговаривает ребенка спать: «Спи, сынок, спи, пёстышек. Спи, а то бука придет». Ребенок плачет. Тогда мать говорит: «Писаный ты мой, спи. И кошка спит, и Жучка спит, и мама спит, и сыночку спать хочется-хочется». Ребенок продолжает плакать: «Сыночек, бука идет. Вон, вон, слушай!»

Мать поет грубым голосом:

Я на липовой ноге,

На березовой клюке.

«Слышь, бука идет - спи, спи!»

Опять грубым голосом:

Я на липовой ноге,

На березовой клюке.

И земля-то спит,

И вода-то спит!

Ребенок что-то испуганно спрашивает. Мать: «Спи, спи. А то вон она, букарка-то, идет. Закрой глазки, спи!» Ребенок пытается разговаривать. Мать опять поет грубым голосом:

Все по селам спят,

По деревням спят,

Одна баба не спит

Да наш Ванюшка,

И та бабочка не спит,

Мою шерсть прядет,

Мое мясо варит.

«Спи, вон, вон бука-то за тобой идет. Не дадим тебе, бука, Вани». Ваня спит. «Иди, бука, прочь. Ванюшка спит»!

Обычно к ребенку обращаются с пожеланиями сна, здоровья, роста, иногда содержатся просьбы слушаться окружающих, не ложиться на край, не капризничать, не поднимать головы:

А баю-баю, баю,

Не ложися на краю.

Придет серенький волчок,

Тебя схватит за бочок

И утащит во лесок

Под ракитовый кусток.

Там птички поют,

Тебе спать не дают.

К животным, птицам, мифологическим персонажам обращаются с просьбой не пугать ребенка и помочь ему заснуть. Поэтому часто встречаются императивные формы: «Поди, муха, под сарай, / Нашу Маню не пугай. / Бай-бай-бай».

Древние колыбельные песни не имели рифмы, ее заменяли повторы однотипных слов или побудительных междометий («Баю-бай, засыпай / Скоро глазки закрывай»). Позже появились припевы, основанные на междометиях («Баю-бай», «Люли-люленьки», «А-а-а»), придавшие тексту монотонность и размеренность. «Они могут становиться зачином, концовкой, связующим элементом песен, исполняемых последовательно, а также выступать в роли самостоятельных попевок.

С помощью припевов создавался своеобразный ритмический рисунок, усиливаемый переносами, анафорами и эпифорами.

Закономерное чередование ударных и безударных слогов отсутствовало. Каждый стих имел по два опорных ударения, вокруг которых свободно группировались безударные слоги. Рифма и размер прежде всего появились в запевах, припевах, концовках песен. Чаще всего в колыбельных песнях используется четырехстопный хорей с мужской или женской рифмой.

В колыбельных песнях XIX века, как правило, употребляется хорей с пиррихием или хорей и ямб. Дактилическая рифма встречается значительно реже. Данная рифмовка сближает песни с разговорной речью, делает их доступными для детей.

К особенностям колыбельных песен можно отнести преимущественное употребление существительных и глаголов. В колыбельных песнях встречаются различные повторы: аллитерации, ассонансы, синонимы, тавтологические слова и выражения, повторы слов в одном стихе, повторы начальных слов смежных стихов, цепевидных повторений слов смежных стихов, повторений целых стихов, местоимений с предлогами и без предлогов, служебных слов, звукоподражаний. Одни участвуют в создании системы обращений, другие придают повествованию динамику и в то же время обеспечивают однотонный ритм.

Возможности развития колыбельных песен исследователи видят в использовании как колыбельных семейно-бытовых, социально-бытовых песен, баллад, усилении влияния литературы.

"Более половины современного репертуара колыбельных заимствовано из разных жанров - прибауток, потешек, песен, частушек, игровых приговорок, считалок. Можно говорить об использовании жанровой структуры народных колыбельных профессиональными поэтами и композиторами», - считает М.Н. Мельников.

2.2 Поэзия пестования

Если в колыбельной песне большинство мотивов непонятны ребенку, то поэзия пестования четко связана с интересами, запросами и потребностями ребенка. Поэтому ее считают собственно детским фольклором. Каждая из трех групп текстов предназначена для детей определенного возраста. Самым маленьким адресованы пестушки, детям чуть постарше - потешки. Прибаутки предназначены детям, которые уже могут не только понять обращение, но и ответить на него.

2.2.1 Пестушки

Пестушками называют короткие приговорки или песенки, сопровождающие игровые движения или физические упражнения (потягивание, разведение рук, тормошение, поглаживание, подбрасывание, щекотание). Они помогали установить эмоциональный контакт со взрослым, без чего немыслимо нормальное психическое и физическое развитие ребенка, обучали языку и мелодике, давали первые представления о реалиях окружающей действительности».

Пестушки помогают поддерживать в ребенке в период бодрствования хорошее настроение, удерживают его от слез и капризов. Одновременно проводится массаж или несложные физические упражнения. Практическая медицина и народная педагогика выработали целый комплекс упражнений, сопровождаемых исполнением пестушек с первых недель жизни ребенка.

Название пестушка (пестюшка) происходит от глагола пестовать - нянчить, носить на руках, воспитывать, растить, ухаживать за кем-либо.

Движение играет особую роль в развитии ребенка раннего возраста. Еще в XIX веке один из первых собирателей детского фольклора, доктор Е.А. Покровский замечал: «Эти движения имеют некоторый воспитательный смысл как в физическом, так и в духовном отношении для приучения детей к необходимому движению, ловкости, сметливости».

Каждый этап развития ребенка сопровождался соответствующей пестушкой. Когда проснувшийся ребенок потягивается и расправляет свое тельце, его поглаживают и говорят:

Потягунюшки, порастунюшки,

Поперек толстунюшки,

А в ножки ходунюшки,

А в ручки фатунющки,

А в роток говорок,

А в головку разумок.

Текст как бы подсказывает нужные движения, помогает точнее дозировать время упражнения.

Сводя и разводя ручки ребенка, произносят другую пестушку:

Тяни холсты,

Потягивай,

В коробочку

Покладывай.

Переваливая головку ребенка с ладони на ладонь, приговаривают:

Валяй, валяй коровай,

Пришел к бабе пономарь.

Дай, баба, теста,

Нет в печи места.

Когда ребенок пытается встать на ножки, ему помогают:

Дыбки, дыбок,

Скоро Сашеньке - годок!

Чтобы приучить ребенка стоять без опоры, припевают, взяв его за обе ручки:

Ай, деточка, попляши,

Твои ножки хороши,

Нос сучком,

Голова крючком,

Спинка ящичком.

Когда ребенок делает первые шаги, то поется следующая потешка:

Ножки, ножки,

Куда вы бежите?»

В лесок на мошок

Избушку мшить,

Чтоб не холодно жить.

Ребенок начинает бегать, делают вид, что догоняют его и приговаривают:

Я точу, молочу

На чужом гумне.

Ко мне курочка пришла,

Куропаточка пришла.

Я девушку нагоню,

Я красную нагоню,

За себя ее возьму.

Большое количество текстов связаны с подбрасыванием ребенка на руках и качанием на коленях. Упражнения помогают воспитывать координацию движений и приучают ребенка владеть своим телом. Сопровождающие их пестушки отличаются динамичностью стиха и ритма в соответствии с движениями ребенка.

Пестушки обычно начинаются со звукоподражания: «Скок, поскок», «Чики, чики, чикалочки», «Тюшки, тютюшки». Последнее из этих звукоподражаний дало диалектное название этому виду песенок «тютюшки», отсюда же происходит глагол «тютюкать», т.е. подбрасывать ребенка.

Тюшки, тютюшки,

Овсяные лепешки,

Пшеничный пирожок,

На опарушке мешон,

Высокохонько взошел.

Произнося последние слова, ребенка высоко поднимают.

В Тобольской губернии, сажая ребенка на колени и подбрасывая его, напевают «Петровну»:

Бабушка Петровна,

Поехала по бревна,

Вскачь погонила,

Бревно уронила,

Ногу изломала,

Как старику показать.

Шубной рукав привязать.

Плачущего ребёнка обычно успокаивали, показывая ему «козу», т. е. бодали, наставив на него вытянутые указательный палец и мизинец, при этом приговаривали:

Идёт коза рогатая,

Идёт коза бодатая;

Ножками - топ-топ!

Глазками – хлоп-хлоп!

Кто кашки не ест,

Кто молока не пьёт,

Забодаю, забодаю.

К пестушкам иногда относят шуточные заговоры, которые произносят во время купания ребёнка («С гуся вода, с Пети худоба»), вытирая его («На кота потягушки, / На дитя порастушки»), если ребёнок падает и ушибается:

У сороки боли,

У вороны боли,

У Феденьки заживи.

По форме пестушки представляют собой простое распространенное или сложносочиненное предложение. Диалогическая форма встречается редко. Употребляется обычно парная рифма («подушки-подружки», «мыше-выше») или внутренняя («В лесок по мошок»). Созданию звуковой организации пестушек способствуют повторы («Лунь плывет, лунь плывет»). Подобную же функцию выполняют звукоподражания:

Вышла кошка:

Тра-та-та,

Вышла кошка за кота!

Текст пестушки состоит из слов с уменьшительно-ласкательными суффиксами, используются различные части речи.

2.2.2 Потешки

По мере усиления игрового начала пестушки переходят в потешки, элементарные игры: «Ладушки», «»Сорока-ворона», «Коза рогатая». В них создаётся элементарная игровая ситуация, предусмартивающая осознанную ответную реакцию ребёнка.

Потешки обычно начинают рассказывать на втором году жизни, когда ребёнок овладевает словарным запасом, произносит первые слова. Во время игры используют пальцы, руки или какие-либо другие части тела ребёнка и взрослого. Они обозначают самые разнообразные предметы и действия. Самой популярной игрой, сопровождающейся соответствующим словесным приговором, считаются «Ладушки». Обычно взрослый усаживает ребёнка на колени и, взяв его руки в свои, то сводит, то разводит их, изображая полёт птиц. Действие завершается следующим образом:

Ладушки, ладушки,

Где были? У бабушки.

Что ели? Кашку.

Что пили? Бражку.

Бабушка добренька,

Кашка вкусненька,

Попили, поели

Шу-у-у! полетели,

На головку сели!

Для детей в возрасте четырех-шести лет придумывали другие забавы, вводили в потешки элемент неожиданности, подвоха, которые ребенок должен был разгадать: Сложив крест-накрест указательные пальцы обеих рук, взрослый предлагал ребенку засунуть пальчик в образовавшийся «колодчик»: «Сунь пальчик в колодчик» или «Сунь пальчик, там зайчик!» В последнем случае взрослый сжимал руки в «замок» и поджимал большие пальцы, как бы обозначая заячьи уши. Смысл игры заключался в том, чтобы опередить взрослого и вовремя выдернуть палец.

Потешки представляют собой постепенно разворачивающийся рассказ, в ходе которого происходит вовлечение ребенка в игру.

Потешка «Сорока-ворона» разбивается на отдельные части. Взрослый вертит пальцем по ладони ребенка, изображая помешивание каши. Когда каша «сваривается», следует ее раздача детям, которых изображают пальчики ребенка. Касаясь каждого пальца, взрослый говорит: «Этому дала». В некоторых вариантах называется посуда, в которой дается каша: «Этому на ложке, этому в чашке, этому в поварешке» и т.д. Все детки-пальцы получают кашку, исключая меньшого - мизинчика. Иногда отказ накормить мотивируется: «за водицей не ходил, дров не рубил, каши не варил».

Следующий этап игры - обделенный мизинчик идет искать работу. Теперь действие переходит на всю руку, мизинчик «толчет, мелет, по воду ходит» и т.д. Рука как бы изображает дорогу, по которой идет мизинчик. Ребенка щекочут на сгибе кисти, у локтя и под мышкой, говорится, что мизинчик находит здесь «пень, колоду, криницу и теплую водицу». Игра заканчивается щекотанием ребенка под мышкой, вызывающим смех.

Сорока-ворона

Кашку варила,

На порог скакала,

Гостей созывала.

Гости не бывали,

Кашки не едали.

Все своим деткам

Отдала.

Этому дала (перебираются все пальцы),

Этому не дала (трогают мизинец).

Зачем дров не пилил,

Воду не носил.

Пошел сам искать,

Здесь водица холодненькая,

Здесь тепленькая,

Здесь горяченькая,

Здесь кипяток, кипяток.

В других потешках объектом игры являются не пальцы, а нос или спинка ребенка. Берут нос ребенка и говорят:

- Чей нос?

- Савин.

- Где был?

- Славил.

- Что выславил?

- Копеечку.

- Что купил?

- Калачик.

- С кем съел?

- Один (Вариант: Съел с тобой.)

При первом варианте ответа теребят ребенка за нос, как бы в наказание за то, что он поступил не по-товарищески и не поделился с другими.

Каждая игра содержит наставление: в потешке-сказочке «Сорока-ворона» птица щедро кормит всех кашей, кроме одного, того, кто ленился и не работал вместе со всеми: «Этот мал, не дорос, / Он воды не принес. / Шшу, шшу, полетели!» Так ребенок постепенно приготавливается к самостоятельной жизни в детском коллективе, познает окружающий его мир и приспосабливается к нему.

Общение с ребенком происходит в виде диалога, подразумевающего непосредственный контакт. Ребенок должен был повторять за взрослым отдельные команды. Во время игры ребенок также обучался элементам счета и подходил к пониманию некоторых абстрактных понятий (аллегории: пальцы - сорочата).

Основной частью речи, способствующей созданию динамики действия, становится глагол, он «выносится в окончание стиха, ставится под логическое ударение, выделяется интонационно, скрепляется рифмой» (Мельник., с. 44).

Насыщенность потешек экспрессивно-эмоциональными словами, рефренами, то и дело возвращающими ребенка к определенной мысли, обуславливает наличие большего количества вариантов (Сл., с. 267-268). В собраниях чаще других представлены варианты сюжетных схем «Ладушки», «Сорока-воровка».

Среди других особенностей потешек можно отметить наличие звукоподражаний, междометий, повторов, Постоянный словообразовательный процесс на основе речи ребенка - словотворчество, изобразительность. Потешки, как и пестушки, отличает ритмичность.

Потешки входят как составляющая самостоятельной игры. Похлопывая ребенка по спинке между лопаток, приговаривают:

«Что в горбу?»

- Денежка.

«Кто наклал?»

- Дедушка.

«Чем он клал?»

- Ковшичком.

«Каким?»

- Позолоченным.

2.2.3 Прибаутки

Третью группу поэзии пестования составляют прибаутки - небольшие рассказы или сказки, не сопровождаемые движениями и забавляющие ребенка своим содержанием, ритмом, мелодией.

Прибаутками называют «маленькие, элементарно построенные сказочки, доступные детям в раннем возрасте. В них рассказывается незамысловатая история с элементарным сюжетом: например, «скачет галка по ельничку-березничку, плачет: наехали разбойники, сняли черные сапоги - не в чем теперь скакать по городу, не в чем плясать».

«Песенки и прибаутки относятся к тем жанрам фольклора, которые занимают переходное положение между фольклором пестования и детским»,- замечает А.Н. Мартынова.

Исследователи связывают форму бытования с функцией прибауток: песенки и прибаутки исполняются взрослыми для детей и самими детьми. «Матери и няни забавляли детей, напевая и приговаривая им перед сном или в часы бодрствования складные, рифмованные забавушки». Дети также складывали подобные тексты, развлекая и себя самих, и окружающих.

Вероятно, песенки и прибаутки вошли в детский фольклор из фольклора взрослых: шуточных, игровых, хороводных, плясовых, сатирических песен, песенок из сказок, загадок, частушек. Сравним игровой приговор и прибаутку:

Коза, коза, бя,

Где ты была?

- Коней стерегла.

- И где кони?

- Они в лес ушли...

Из колыбельных песен заимствована образная система, встречаются близкие и знакомые детям животные: кошка, курочка, мышка, барашек и другие. Повсеместно распространена песенка:

Тили-бом, тили-бом,

Загорелся кошкин дом.

Бежит курочка с ведром -

Заливать кошкин дом.

Чаще других встречаются прибаутки про козу и сороку:

- Ты коза, коза, коза,

Лубяные глаза,

Где, коза, была?

- Жеребят пасла.

- Где жеребята?

- В гору ушли…

Самой популярной О.И. Капица считает сказочку о курочке-рябе и приводит следующий вариант, записанный ею в Новгородской губернии:

Была себе курочка рябенька,

Снесла яичко беленько,

Дедушка бил, бил - не разбил,

Бабушка била, била - не разбила,

Только мышка-норушка

Ударила хвостиком и разбила.

Дед плачет, баба плачет,

Курочка кудкудахчет,

А мышка-норушка

Шмыг в норку и - ушла, ушла, ушла.

Животные часто совершают несвойственные им действия, они поют, плачут, играют на музыкальных инструментах, занимаются хозяйственными делами. Нередко встречаются и фантастические образы.

Приписывание животным необычных свойств приводит к появлению нетрадиционных ситуаций:

Танцевала рыба с раком,

А петрушка - с пастернаком,

А цибуля - с чесноком,

Красна девка - с казаком,

А морковка не хотела,

Потому что не умела.

Содержание произведений определено М.Н. Мельниковым следующим образом: прибаутка «призвана маленький, замкнутый мирок ребенка превратить в «разомкнутый» и бесконечно разнообразный мир, подвести ребенка к пониманию социальных проблем, классовых отношений и некоторых философских категорий».

Классификация разновидностей предложена М.Н. Мельниковым. Он относит к прибауткам короткие песенки (без элемента комического):

Наша доченька в дому,

Что оладушек в меду,

Что оладушек в меду,

Сладко яблоков саду.

Прибаутки второй группы названы исследователем прибаутками-шутками, таковыми он считает песенки, в которых говорится о нечистой силе, животных и насекомых, занятых повседневной работой:

Кикиморка на печке

Ширинку шьет,

Петух в сарафане

Овес толчет.

Курочка в сапожках

Избушку метет,

Блоха на пороге

Отри ноги.

Исследователь также отмечает диалогические прибаутки, прибаутки-притчи, прибаутки-приговорки. Он видит сходство между ними в построении сюжета по вопросно-ответной схеме, тяготении к стихотворной организации текста (мерность строк, повторы, иногда рифма, ассонансы).

Содержание прибауток обусловило и их особенности: «динамично развивающийся сюжет, употребление формул («Как у бабушки козел», «Жили-были», «В некотором царстве»), ограниченный круг действующих лиц, простота фабулы, примитивность построения, незамысловатость словаря, четкость синтаксиса».

Можно также отметить использование риторических вопросов и обращений, обуславливающих особую манеру исполнения, повторы, приемы звукописи, смежную рифмовку. Часто «сказочки» создаются в стихотворной форме:

Хорош, хорош дворец,

Соломенный крылец.

Живет старик да бабушка,

Паренек да девушка,

Коровушка с теленочком,

Лошадь с жеребеночком

Да семь овечушек.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Фольклор в воспитании детей играет важную роль. Деление его на жанры позволяет в определённом возрасте ребёнка обогащать его духовный мир, развивать патриотизм, уважение к прошлому своего народа, изучение его традиций, усвоение морально-нравственных норм поведения в обществе.

Приобщение ребёнка к народной культуре начинается с детства, где закладываются основные понятия и примеры поведения. Культурное наследие передаётся из поколения в поколение, развивая и обогащая мир ребёнка.

Колыбельные песни, по мнению народа – спутник детства. Они наряду с другими жанрами заключают в себе могучую силу, позволяющую развивать речь детей дошкольного возраста. Колыбельные песни обогащают словарь детей за счет того, что содержат широкий круг сведений об окружающем мире, прежде всего о тех предметах, которые близки опыту людей и привлекают своим внешним видом, например, "заинька".

Грамматическое разнообразие колыбельных песен способствует освоению грамматического строя речи. Обучая детей образовывать однокоренные слова, можно использовать эти песни, так как в них создаются хорошо знакомые детям образы, например образ кота. При чем это не просто кот, а «котенька», «коток», «котик», «котя». К тому же положительные эмоции, связанные с тем или иным с колыбели знакомым образом, делают это освоение более успешным и прочным.

Колыбельная, как форма народного поэтического творчества, содержит в себе большие возможности в формировании фонематического восприятия, чему способствует особая интонационная организация (напевное выделение голосом гласных звуков, медленный темп и т.п.), наличие повторяющихся фонем, звукосочетаний, звукоподражаний. Колыбельные песни позволяют запоминать слова и формы слов, словосочетания, осваивать лексическую сторону речи. Невзирая на небольшой объем, колыбельная песня таит в себе неисчерпаемый источник воспитательных и образовательных возможностей.

Потешки являются богатейшим материалом для развития звуковой культуры речи. Развивая чувство ритма и рифмы, мы готовим ребенка к дальнейшему восприятию поэтической речи и формируем интонационную выразительность его речи.

Созданный народом язык изобилует образными разговорными формами, выразительной лексикой. Это богатство родного языка может быть донесено до детей и с помощью народных игр. Содержащийся в них фольклорный материал способствует овладению родной речью. Например, игра – забава "Ладушки - хлопушки", где взрослый задает вопросы, а ребенок отвечает, сопровождая свои ответы имитационными движениями. В процессе игр – забав не только развивается речь, но и мелкая моторика, что готовит руку ребенка к письму.

Фольклор материнства и детства является уникальным средством для передачи народной мудрости детям на начальном этапе их развития.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

    Аникин В. П. Фольклор как коллективное творчество народа. М., 1969 год.

    Капица Ф. С. Русский детский фольклор: Учебное пособие для студентов вузов / Ф. С. Капица, Т. М. Калядич. – Флинта: Наука, 2002 год.

    Кравцов Н. И. Проблемы славянского фольклора. М., 1972 год.

    Лойтер С. М., Неелов Н. М. Современный школьный фольклор: Пособие-хрестоматия. – Петрозаводск, 1995 год.

    Русское устное народное творчество. Хрестоматия по фольклористике: Учеб. пособие / Сост. Ю. Г. Круглов, О. Ю. Круглов, Т. В. Смирнова; под ред. Ю. Г. Круглова. – М.: Высш. шк., 2003 год.

2