Государственный строй Новгородской и Псковской феодальных республик

Контрольная работа

По дисциплине: История отечественного государства и права

На тему: «Государственный строй Новгородской и Псковской феодальных республик»

Содержание


Введение

1. Административное деление Новгородской и Псковской феодальных республик

2. Общественный строй Новгородской и Псковской феодальных республик

3. Органы государственного управления Новгородской и Псковской феодальных республик

Заключение

Список использованной литературы

Введение

История Новгородской и Псковской республик в период феодальной раздробленности занимает особую страницу в истории России. Именно с ними связаны многие дискуссионные вопросы в отечественной историографии. В особенной степени внимание исследователей привлекало внутриполитическое устройство Новгородской и Псковской республик. Если на основной территории страны в период государственной раздробленности Руси закладывались основы авторитарной государственной власти, то в Новгороде и Пскове возобладали тенденции к демократии. Там сложилась другая политическая культура, другие ценностные ориентации населения, отличные от традиции сильной центральной власти и коллективных ценностей Московской Руси. Только в Новгородской и Псковской землях возникла особая форма правления - республика. Сложившиеся там выборные органы власти и управления просуществовали до XV столетия. По мнению некоторых исследователей, удельно-вечевой принцип политического устройства являлся альтернативным путем развития для всех русских земель, в силу различных причин устремившихся к единодержавному принципу государственности. Удельно-вечевое начало федерации не устояло и возникло огромное государство.

История Новгородской и Псковской республик показывает, что у России есть опыт построения демократического государства, насчитывающий, по крайней мере, три с половиной столетия. Разумеется, никто в Средние века не рассуждал о правах человека и свободе слова, но основной принцип, запечатленный в самом названии демократии (народовластие), был определяющим в новгородском и псковском государственном устройстве.

Опыт истории Новгородской и Псковских республик важен для современной России его традициями демократического самоуправления, интеграцией в европейскую экономику, первыми центрами грамотности, древними традициями высокой духовной и материальной культуры. Все эти достижения Новгорода и Пскова должны стать плодотворным материалом для творческого осмысления исторического пути России и поиска путей ее лучшего будущего.

Целью данной работы является анализ государственного строя Новгородской и Псковской феодальных республик. Для достижения данной цели необходимо решить следующие задачи:

- рассмотреть особенности административного деления Новгородской и Псковской республик

- раскрыть особенности общественного строя Новгородской и Псковской республик

- охарактеризовать органы государственного управления Новгородской и Псковской феодальных республик

1. Административное деление Новгородской

и Псковской феодальных республик

В период феодальной раздробленности на большинстве территории Руси совпал с монголо-татарским нашествием. Поэтому этот период характеризуется отсутствием самостоятельной государственной власти как таковой, не говоря уже об исполнении ею законодательных функций. Исключение составляют Новгородская и Псковская республики. Новгородская феодальная республика просуществовала три с половиной века, с 1136 по 1478 гг., а с 1348 по 1510 год республиканская форма управления существовала в Пскове. По причине отсутствия княжеской власти и в силу ряда объективных причин социально-экономического развития именно в Новгороде и Пскове, как нигде на Руси, проявилась роль вече как законодательного органа власти. В XI-XIII вв. вече имело наибольший набор признаков законодательного органа, отдаленно напоминавшего законодательный орган парламентской республики.

Вследствие оригинальных особенностей государственного устройства, которыми он так отличался от других русских областей, Новгородская и Псковские республики обращают на себя внимание многих исследователей, так что мы имеем обширную литературу, посвященную его истории. Современные историки по-разному оценивают вечевой строй в Новгороде и Пскове. Одни авторы (В.Л. Янин, О.И. Чистяков) отмечают аристократический характер. Другие (И. Я. Фроянов, А.Ю. Дворниченко, Ю.Г. Алексеев и др.) видят в вече проявление начал народовластия. Различается и периодизация истории выборных институтов, и реконструкция вечевых процедур.

Развитие Новгорода отличалось от развития других русских княжеств. Первой особенностью было более высокое развитие ремесла и торговли, чем в других русских княжествах. Малая плодородность новгородской земли не могла дать всем достаточное количество хлеба. Новгородцы вынуждены были доставать хлеб из других русских княжеств, в частности из Владимирского и Смоленского. Но Новгород имел прекрасное географическое положение, которое давало ему возможность быть торговым посредником между Западом и русскими княжествами. К тому же Новгород мог вывозить ценные северные меха на Запад, изделия новгородских ремесленников. Это давало толчок к развитию ремесла в новгородских городах и быстрому продвижению новгородских ушкуйников на северо-восток в поиске новых мест добычи мехов. Богатеющая от торговли военная знать закупала земли, становясь крупными вотчинниками и давая их в аренду мелким землевладельцам. Крупное боярское землевладение было второй особенностью развития Новгорода, разорявшей мелких землевладельцев и ведущей к обнищанию среднего класса, что, соответственно, приводило к постепенному падению Новгорода.

Древнерусские феодальные республики являлись могучими по тем временам государствами, защитниками земель русских от западных интервентов - немцев, шведов, датчан.

Проявление здесь республиканской формы правления, а не княжеской (хотя власть князя была, но в урезанном виде), было обусловлено и феодальной раздробленностью Русского государства, и местными природными условиями. Вся Новгородская земля была неплодородна. Покрытая валунами, болотами, она давала скудные урожаи и заставляла новгородцев заниматься рыболовством, охотой и другими промыслами. Хлеб везли из восточных русских земель, из Поволжья главным образом по реке Мсте. В обмен на хлеб новгородцы сбывали на восток те товары, которые они за пушнину, мед, лен, коноплю приобретали у своих западных соседей. Все это позволило сосредоточить капитал в руках местных феодалов.

Псков был крупнейшим пригородом Новгорода. Расположен он на скалистом берегу реки Великой. Первоначально Псков состоял из небольшой крепости – «детинца», а затем превратился в твердыню, совершенно неприступную для врага. В «детинце» помещался главный собор Святой Троицы, имевшей для Пскова такое же значение, что и Святая София для Новгорода. Псков делился на шесть концов, которые, как и в Новгороде, имели свое особое управление. Земля, принадлежавшая Пскову, была невелика и узкой полосой тянулась вдоль реки Великой и берегов Чудского озера. На ней было создано 12 крепостей, которые окружали главную крепость - Псков.

Такая система укреплений была необходима на западной границе Руси. Псков стоял на рубеже русских поселений, лицом к лицу с немцами и Литвою.

Разросшись и разбогатев на торговле, Псков вышел из-под власти Новгорода и получил в 1348 г. независимость.

Псков по своим особенностям был похож на Новгород, но Псковская республика была меньше по площади, чем новгородская, что не давало возможности развиться крупному боярскому землевладенью. Это способствовало укреплению среднего класса и увеличивало стабильность Псковской республики. Псковская республика, в отличие от Новгородской, погибла не от собственных неурядиц, а из-за внешних причин — усиления Москвы, чему в свое время способствовали сами псковичи.

Новгород делился на две части или стороны — Торговую и Софийскую. Эти две стороны находились на двух разных берегах Волхова и соединялись только мостом, который назывался Великим. Торговая сторона получила название от находившегося там торга. На торге находился Ярославов двор, у которого собирались веча, степень — помост, с которого обращались с речами на вече. Около степени находилась вечевая башня, на верху которой находился вечевой колокол, внизу — вечевая канцелярия. Софийская сторона получила название от находящегося там Софийского собора. Там же находился Детинец.

Новгород также подразделялся на 5 концов или районов: Славенский и Плотницкий составляли Торговую сторону, а Неревский, Загородский и Гончарский (людин) — Софийскую сторону. Деление на концы было историческим.

Загородский конец, судя по названию, образовался последним, изначально он находился за городом, и только после постройки крепости смог войти в состав города. Концы Плотницкий и Гончарский, вероятно, раньше составляли рабочие пригороды Словенска, в которых жили соответственно плотники и гончары. Этимология пятого конца — Неревского — мне не ясна. Возможно, его название произошло от слов «на рву» — в качестве обозначения, что он находится на самой окраине города.

За каждым концом была закреплена определенная земля. Всего пятин было пять — по количеству концов: Вотьская, которая простиралась на северо-запад от Новгорода, между реками Волховом и Лугой по направлению к Финскому заливу, получившая свое название от обитавшего здесь племени Водь; Обонежская на северо-востоке, справа от Волхова, по обе сторону Онежского озера по направлению к Белому морю; Деревская к юго-востоку, между реками Мстою и Ловатью; Шелонская к юго-западу , между Ловатью и Лугой, по обе стороны реки Шелони; Бежецкая — далеко на восток и юго-восток, за пятинами Обонежской и Деревской. Пятинное деление неизвестно по новгородским грамотам. По новгородским грамотам Новгородская земля делилась на земли, а в XII в. ряды, носившие одинаковое название с пятинами — Вотьская земля, Обонежский и Бежецкий ряд, Шелонь, Дерева. Присутствие слова «ряд» — договор — говорит о том, что, вероятно, новгородские земли были разделены на вече по договору между концами по каким-то причинам — возможно, для более лучшего сбора налогов, наложения повинностей на сельское население. Возможно, Новгород регулярно переразделял пятины между разными концами, чтобы снизить вероятность коррупции.

Кроме пятин в Новгородской земле также существовали волости — «владения, более отдаленные и позднее приобретенные ...». К волостям относились города, находившиеся в совместном владении с другими княжествами, такие как Волок-Ламский, Бежичи, Торжок, Ржев, Великие Луки с их округами. Волок-Ламский, Бежичи и Торжок находились в совместном владении с великими князьями Владимирскими, а потом — Московскими; а Ржев и Великие Луки — с князьями Смоленскими. К волостям относилась обширная часть Новгородской республики, находившаяся на северо-восток от пятин Бежецкой и Обонежской — Двинская земля или Заволочье. Название свое она получила от обширного водораздела, отделяющего бассейны Онеги и Северной Двины от бассейна Волги и называвшегося Волоком. На реке Вычегда с притоками находилась Пермская земля. Далее к северо-востоку находилась волость Печора по обеим сторонам одноименной реки, а за Уральскими горами — Югра. На северном берегу Белого моря находилась волость Тре или Терский берег. Большинство этих волостей было приобретено Новгородом в XI-XII вв. Новгородская территория развивалась за счет военно-промышленной колонизации. В Новгороде составлялись компании вооруженных промышленников, которые направлялись по рекам в разные стороны от города, основывая поселения и облагая данью местное население.

Псковская республика была более централизованной, чем Новгородская. Это объяснялось меньшей территорией и более опасным положением. Воинственные соседи заставляли маленькую Псковскую республику постоянно собираться вместе, чтобы дать им отпор. В Псковской республике не существовало пятин или волостей. Сам город Псков делился как и Новгород на концы, которых всего было шесть. Концы в свою очередь подразделялись на сотни. Между концами были распределены пригороды: по два на каждый конец. Пригородами являлись небольшие военные поселения, в основном располагавшиеся на юго-западе республики, где была наиболее опасная граница с Ливонией и Литвой. К каждому пригороду была приписана небольшая сельская волость, абсолютно не похожая на огромною новгородскую волость. Псковские пригороды пользовались некоторой долей самоуправления, но не могли получить независимости от Пскова, так как являлись больше стратегическими пунктами, а не земскими центрами.

2. Общественный строй Новгородской и Псковской феодальных республик

новгородская псковская республика государственный строй

Прежде всего, новгородское население делилось на лучших и меньших людей. Причем меньшие не были меньшими по политическим правам, а только по экономическому положению и фактическому значению. Неравенство фактическое при полном равенстве юридическом стало причиной многочисленных новгородских бунтов.

Кроме общего разделения на лучших и меньших, новгородское общество делилось на три класса: высший класс – бояре, средний – житьи люди, своеземцы и купцы, низший – черные люди.

В Новгороде и Пскове, как и в других районах Руси, существовали светские и духовные феодалы. К духовным прежде всего принадлежали монастыри и высшие духовные иерархи: архиепископ, епископ, настоятели монастырей. Монастырское землевладение росло достаточно быстро, многие светские феодалы передавали по завещаниям свои земли на помин души, часто монастыри покупали землю, были и случаи захвата ими земель как общинных, так и незанятых. В то же время монастыри редко отчуждали свои владения, в качестве исключения могут рассматриваться сделки по продаже монастырями земли. Исключалось и дробление церковных земель, свойственное светскому землевладению. Обширные земли давали Новгородской епархии значительные доходы, которые пускались духовенством в торговый оборот. Церковь в Новгороде и в Пскове объявила себя покровительницей торговли. Она являлась хранительницей эталонов мер и весов, скрепляла международные торговые договоры. Все это делало церковь и высшее духовенство влиятельной силой в обеих феодальных республиках.

К светским феодалам принадлежали бояре, житьи люди (т. е. зажиточные), к ним можно отнести также своеземцев (земцев в Пскове). Особенностью Новгорода и Пскова было отсутствие княжеского домена и наличие землевладения городской общины. Наиболее влиятельную группу феодалов составляли бояре — потомки родоплеменной знати. В основе их политического могущества лежало богатство. Первоначально бояре пользовались доходами от общественных земель Новгорода, выступавшего как коллективный феодал. Однако к XIV в. сложилось уже и индивидуальное землевладение боярства. Кроме того, новгородские бояре широко занимались торговлей и ростовщичеством. Они ревностно охраняли свои исключительные права занимать высшие выборные должности в республике (посадника, кончанского старосты). Имевшим порой и большие состояния житьим людям путь к этим должностям был закрыт. Даже должность тысяцкого, представлявшего интересы прежде всего житьих и «черных”» людей, в XIV в. стали занимать бояре. Поскольку в Пскове крупное землевладение распространено не было, экономическое господство бояр не стало таким сильным, как в Новгороде. В силу этого роль князя и веча в Пскове была выше, чем в Новгороде.

Новгородское боярство, в отличие от боярства других княжеств, являлось не дружиной князя, а крупными землевладельцами и капиталистами. Боярство стояло во главе всего новгородского общества. Оно сложилось из военной старшины, управлявшей Новгородом до появления Рюрика. По разным обстоятельствам эта знать не утратила своего привилегированного положения и при князьях. Уже в XI в. князья, правившие Новгородом, назначали на местные правительственные должности людей из местного же общества. Таким образом, новгородская администрация по личному составу своему сделалась туземной еще прежде, чем сделалась выборной. Боярство являлось основной политической силой Новгорода. Получая со своих земель колоссальные доходы, бояре имели возможность подкупать на вече «крикунов» и проводить решения, нужные им. Кроме того, обладая большими капиталами, бояре ссужали ими купцов и таким образом стояли во главе торговых оборотов.

Житьи люди упоминаются в Новгородской судной грамоте рядом с боярами. Они тоже имели земли, населенные крестьянами, оставаясь при этом так же, как и бояре, горожанами. Участвовали житьи люди и в торговле. Однако главным, что определяло их статус, было именно землевладение. Как справедливо подметил еще В. О. Ключевский, житьих людей не случайно после падения Новгорода верстали в служилые люди с поместным окладом, а не записывали в городские посады, как купцов. Однако житьи люди, хотя и были феодалами, имели ограниченные права по сравнению с боярством. Они не могли избираться на высшие государственные должности; до XIV в. из числа житьих людей избирали тысяцкого, но затем эта должность была узурпирована боярством.

Известна и такая категория землевладельцев, как своеземцы или земцы. Исследования показали, что основная масса новгородских своеземцев (673 из 780) владела мелкими и мельчайшими вотчинами, соразмерными с крестьянскими наделами. Около 25% обрабатывали участки своим трудом без помощи половников и холопов. Около 1 / 3 оставляли свои владения в пользовании крестьян и не жили в вотчинах. Большей частью своеземцы жили в городе. В. О. Ключевский считал, что земцы — крестьяне-собственники. Современные исследователи относят их, однако, к мелким феодалам. В сельскую общину они не входили, а пользовались привилегиями члена городской общины. Спорно происхождение своеземцев. Существует мнение, что своеземцы — это измельчавшие бояре. Некоторые исследователи полагают, что своеземцы — измельчавшие житьи люди. Считают возможным и третий путь возникновения своеземцев: распад коллективной собственности горожан или скупка земель у разоряющихся смердов-общинников. Документы и прежде всего новгородские писцовые книги, свидетельствуют, что одной из наиболее древних форм землевладения являлось коллективное землевладение горожан. Так, в коллективной собственности более чем 115 жителей г. Ямы находилось село в 52 крестьянских двора с пашней и другими угодьями. Распад такой коллективной собственности был одним из источников появления мелких вотчин.

Характерной особенностью землевладения в феодальных республиках являлось то, что основной землевладельческой группой были горожане. Члены городской общины имели исключительное право на приобретение вотчин из земель, тяготеющих к городу. Вече определяло режим этих земель. Запрещалась передача их иногородним, в том числе даже князю. В случае особых заслуг перед городом вече могло пожаловать землю. Тем самым проявлялась интересная особенность феодальных вотчин вечевого города: это землевладение, свободное от отношений сюзеренитета-вассалитета; вотчинник сохраняет связи лишь со своей городской общиной.

Таким образом, в Новгороде трудно отделить феодалов и городское население, вотчинников и купцов. Но, так или иначе, купцы в Новгороде и Пскове играли громадную роль. Основным занятием их была внутренняя и внешняя торговля, однако, как и каждый горожанин, они могли быть землевладельцами.

Купечество объединялось в корпорации, общества. Центрами корпораций обычно выступали церкви. В «Рукописании князя Всеволода» XIII в. до нас дошел устав такой корпорации, объединенной вокруг новгородской церкви Иоанна Предтечи, построенной на купеческие деньги. Иванская корпорация объединяла весьма зажиточных купцов: вступительный взнос равнялся 50 гривнам серебра (около 10 кг серебра). В уставе определялся порядок управления Иванской организацией. Поскольку купцы объединялись вокруг церкви, то, как и положено прихожанам, избирали старост (причем сразу трех): один от житьих и «черных» людей (впоследствии тысяцкий) и два от купцов. Старосты разбирали как внутрицерковные проблемы, так и споры иванских купцов с иностранными и новгородскими купцами. Иванская организация в решении своих дел была вполне самостоятельна, и посадник не участвовал в рассмотрении таких споров. Иванское купечество не было единственной купеческой организацией города. Документы позволяют говорить о корпорации купцов, ведших заморскую торговлю, купцов, торговавших скотом.

В Новгороде существовали и так называемые черные, малодшие люди, к которым относились мастера, ученики, ремесленники и наймиты. Как члены городской общины, они пользовались некоторыми привилегиями, в частности, при покупке земель, тянувших к городу, принимали участие в местном самоуправлении, обладали податным иммунитетом.

Зависимое население республик включало в себя прежде всего крестьян, половников, холопов. Большая часть крестьян находилась в зависимости от феодального государства. В документах они именуются смердами. Смерд должен был выполнять повинности в пользу государства, платить налоги. Из договора, заключенного Псковом с Литвой, видно, что беглого смерда необходимо возвращать «в свой погост». Таким образом, ясно, что смерды, по сути, прикреплялись к земле. Крестьяне, зависимые от отдельных феодалов, как правило, смердами не именовались. В некоторых документах монастырские крестьяне назывались сиротами. Постепенно увеличивается количество крестьян, зависимых от феодалов. Рост вотчинного землевладения происходил разными путями. Наиболее распространенными были самовольный захват крестьянских земель, а также покупка феодалом земельного участка общинника, вышедшего из крестьянской общины, находившейся в процессе разложения.

Большое место в Псковской судной грамоте уделено половникам, т. е. людям, работающим из половины урожая. В Пскове половники делились на изорников — пахарей, огородников и кочетников, т. е. рыболовов. Их объединяло то, что они жили не на своей земле, а в «селе» государя. Закон устанавливал общие нормы, определяющие уход изорника от своего господина: один раз в году, поздней осенью, и при условии выплаты всех долгов.

Одновременно и государь не мог выгнать изорника в другое время. Поземельная зависимость изорника от государя не делала его лицом недееспособным. В науке есть мнение, что степень зависимости изорника от господина определяется тем, к какой группе феодалов принадлежит хозяин земли, на которой работает изорник. У крупного землевладельца крестьянину жилось хуже, он был связан прочными письменными обязательствами.

Известно, что в Новгороде и Пскове были и холопы. Исторические документы предписывают возвращать беглых холопов их хозяевам. Господина нес ответственность за своего холопа в случае совершения последним преступления, преследуемого в порядке частного обвинения. В этом случае хозяин холопа уплачивал штраф даже тогда, когда преступление было совершено до поступления в холопство. Холопы в Новгородской республике использовались для обработки земель в феодальных вотчинах.

Значительному развитию феодальных отношений и торговли, многоплановости социальной структуры соответствовал сложный комплекс классовых противоречий, которые в условиях вечевой демократии часто выливались в вооруженные столкновения. Ни одно другое древнерусское государство не дает такой насыщенной картины классовой борьбы. Новгород и Псков прошли большой путь от разложения родового строя и перехода к государственности в условиях зарождающегося феодализма до зрелого феодального строя. Процессы усложнения социальной структуры и обострения социальных и политических противоречий совпали во второй четверти XV века со стабилизацией отношений между Новгородом и московскими великими князьями, что привело к концентрации сил, поглощенных ранее борьбой против усиления власти князя, на сугубо внутренних конфликтах. Наряду с бурным и постоянным характером социальных столкновений для Новгорода показательна непоследовательность и за редкими исключениями несамостоятельность «простой чади», обманутой вечевыми порядками и расколотой групповыми интересами.

3. Органы государственного управления Новгородской и Псковской феодальных республик

В знак независимости от княжеской власти, в связи с установлением республиканского строя, Новгород стал именоваться Господин Великий Новгород. С достижением независимости Псков также стал называться Господин Псков. Высшим органом власти в обеих республиках считалось вече главных городов, т. е. собрание жителей городских общин. Участие крестьян в вече не предусматривалось. Не имели решающего голоса и жители других городов, хотя случаи их присутствия на вечевых собраниях Новгорода и Пскова зафиксированы в документах. По своему происхождению Новгородское вече было городским собранием, похожим на остальные, происходившие в других городах Руси в XII в. Вече созывалось князем, посадником или тысяцким. Но когда борьба между различными партиями особенно накалялась, вече созывали частные лица или группы поддержки той или иной партии. Иногда, особенно во время восстаний, одновременно собиралось два веча: одно на Торговой стороне, а второе на Софийской. Вече не было постоянно действующим органом, оно созывалось только тогда, когда в нем была действительная необходимость. Чаще всего это случалось во время войн, восстаний, призыва князей и других социальных катаклизмов. Вече собиралось по звону вечевого колокола на площади, называвшейся Ярославовым двором. Если вече собиралось для выбора архиепископа, то оно собиралось на площади у Софийского собора, на престоле которого клали избирательные жребии. Вече по своему составу не было представительным учреждением и состояло не из депутатов, а из всего свободного населения Новгородской республики. Но фактически вече состояло из тех, кто мог прийти на него, то есть в основном жителей Новгорода, так как о созыве веча не сообщалось заранее. Но иногда на вече присутствовали делегаты от крупных пригородов Новгорода, таких как Псков, Ладога и другие. Например, на вече 1136 г. присутствовали ладожане и псковичи. Чаще, однако, жители пригородов приезжали на вече с жалобой на то или иное решение новгородцев. Так, в 1384 г. жители Орехова и Корелы послали в Новгород своих делегатов с жалобой на литовского князя Патрикия, посаженного у них новгородцами. Вопросы, подлежавшие обсуждению веча, предлагались ему со степени князем, посадником или тысяцким. Вече обладало законодательной инициативой, решало вопросы внешней политики и внутреннего устройства, а также судило по важнейшим преступлениям. Вече имело право принимать законы, приглашать и изгонять князя, выбирать, судить и снимать с должности посадника и тысяцкого, разбирать их споры с князьями, решать вопросы о войне и мире, раздавать волости на кормление князьям.

О составе веча, его роли в решении государственных вопросов в научной литературе нет единого мнения. Традиционной является точка зрения, что в нем могло принимать участие все свободное мужское население города, которое сходилось по звону вечевого колокола. В Новгороде вече проходило на Ярославовом дворище на Торговой стороне города или на Софийской площади. В Пскове вече собиралось на площади перед Троицким собором. Памятники донесли известия о многочисленных стычках между новгородцами, происходившими на вече. Иногда разногласия были настолько велики, что собирались два веча: одно на Софийской, другое на Торговой стороне, а потом они шли навстречу друг другу, чтобы врукопашную на Большом мосту через Волхов выяснить, кто же прав. Лишь вмешательством духовенства удавалось иногда предотвратить кровопролитие. Всем этим сведениям, а также многочисленным упоминаниям документов о присутствии на вече не только «лучших», но и «черных» людей противоречат данные, полученные исследователями в результате археологических раскопок на месте Ярославова дворища. Установив, что вечевая площадь могла вместить по своим размерам не более 500 человек, они предположили, что на вече присутствовали примерно по 100 представителей от каждого конца Новгорода, и уже в XIV в. боярство узурпировало представительство «черных» людей. Очевидно, что на начальной стадии существования Новгородской республики вече, представляя все слои городской общины и защищая их интересы, проводило политику, направленную на ограничение княжеской власти. Постепенно же власть боярства усиливается, вече становится менее представительным, и к XV в. оно уже превращается в орган, через который боярская олигархия проводит свои решения.

Псковское вече имело некоторые особенности. Отсутствие крупного боярского землевладения в республике делало боярство не настолько сильным, чтобы сосредоточить в своих руках всю политическую власть. Военная опасность, постоянно угрожавшая Пскову, усиливала роль князя, что в свою очередь также ослабляло политическую роль боярства. Поэтому вече в Пскове в значительно большей степени, чем в Новгороде, учитывало интересы городской общины.

Функции веча как высшего органа власти в республиках были весьма многообразны. Оно решало вопросы войны и мира, избирало высших должностных лиц, включая и архиепископа. Выборы проходили путем жеребьевки. Сохранились сведения о выборах архиепископа. Имена трех кандидатов записывались на отдельные жребии и клались на алтарь Софийского собора. Два жребия должен был снять мальчик или слепой. Кандидат, записанный на оставшемся жребии, считался избранным. На вече решались вопросы призвания князей, оно же «указывало им путь». Есть сведения и о том, что на вече происходил суд. На нем одобрялись или не одобрялись основные внутри- и внешнеполитические мероприятия, принимались законы.

Вече не было органом, созывавшимся регулярно. Обычно оно собиралось по инициативе высших должностных лиц, они же готовили повестку дня, проекты решений. От них во многом зависело, что «приговорит» вече. Коллегия, подготовлявшая вече и осуществлявшая руководство текущими делами, называлось Осподой, или Советом господ в Новгороде и Господой в Пскове. В Осподу, или Совет господ, входили высшие выборные должностные лица Новгорода: посадник, тысяцкий, канчанские старосты, соцкие. Некоторые исследователи считают, что должности эти, хотя и выборные, занимали обычно бояре. Помимо посадника и тысяцкого, избранных на данный момент, в Совет господ входили и старые посадники, уже переизбранные. В XV в. новгородский Совет господ насчитывал более 50 человек. Он заседал в палатах архиепископа и под его председательством. В Пскове в Совет бояр входили князь, посадники, соцкие.

Совет господ решал важнейшие вопросы текущей политики, составлял законопроекты. Псковская Господа в более узком составе являлась еще и судебным органом. Решения, которые готовил Совет господ для веча, как правило, принимались. Совет, будучи составленным из представителей боярской знати, проводил политику, угодную боярству. По словам В. О. Ключевского, «это была скрытая, но очень деятельная пружина новгородского управления».

Большую роль в управлении играли должностные лица, избираемые на вече. Высшим должностным лицом в обеих республиках были посадники. Вторым лицом в Новгороде был тысяцкий. В Пскове избирали вместо тысяцкого еще одного посадника. Должность тысяцкого, оставшаяся от древней численной системы управления, предполагала наличие в городе 10 сотен. В Пскове же 10 сотен не набиралось. Четко разграничить обязанности посадника и тысяцкого трудно: посадник выполнял многое из того, что входило в обязанности тысяцкого. Некоторую ясность может внести то, что в немецких текстах посадника именовали бургграфом, т. е. начальником города, а тысяцкого — герцогом, подчеркивая тем самым его принадлежность к военной администрации.

Князь с 1136 г., установления Новгородской республики, перестал быть носителем верховной власти. Князь являлся в Новгороде высшей судебной и военной властью, руководил и управлял судом, скреплял сделки и утверждал в правах. Князь приглашался новгородским вечем, при этом он обязан был подписать договор с Новгородом — ряд. По этим договорам определялась роль князя в управлении Новгородской республикой. Первые следы таких договоров появляются в первой половине XII в. Позднее они более ясно обозначаются в летописях. Князь уже в начале XIII в. перед приездом в Новгород целовал крест — то есть подписывал с новгородцами ряд, в котором определялись их отношения. Льготы новгородцев, которые были обязаны соблюдаться князьями, излагались в рядах. Древнейшие из дошедших до нашего времени рядов — два договора князя Ярослава Ярославича Тверского с новгородцами — 1265 г. и 1270 г. Позднейшие грамоты с некоторыми изменениями повторяют эти две грамоты. Главным условием новгородцев было, чтобы князь «держал Новгород в старине по пошлине», то есть по новгородским обычаям, не нарушая их. Отсюда следует, что все изложенные в рядах Ярослава Ярославича Тверского с новгородцами пункты формировались еще задолго до него, на протяжении XI-XII вв. Ряды с князьями определяли три важнейших блока отношений Новгорода и князей: судебно-административный, финансовый и торговый.

Князь не имел права судить без посадника. На низшие должности в управлении Новгородской республикой князь имел право назначать людей из новгородского населения, но не имел права назначить людей из своей дружины или своих бояр. При этом на все эти должности князь мог назначить людей только с согласия посадника. Также князь не мог без согласия посадника раздавать волости в кормление. Князь не мог отнять должность у новгородского чиновника, предварительно не объявив его вины на вече. Все свои обязанности князь мог исполнять только в самом Новгороде.

Финансовые отношения Новгородской республики и князя были еще более невыгодны для князя. Князь не имел права собирать дани с новгородских владений, он мог только получить «дар» с новгородских волостей, таких как Волок, Торжок, Вологда и Заволочье, то есть не принадлежавших к новгородским пятинам. Также он получал «дар», когда ехал в Новгород, но не получал его при своем уезде из Новгорода. Боясь отпадения Заволочья новгородцы не допускали прямых отношений князя с этой волостью, требуя, чтобы князь свои заволоцкие сборы отдавал на откуп новгородцам. Если же князь сам хотел собирать их, то он должен был посылать новгородского чиновника для сбора податей, а тот должен был прежде, чем отвозить дань князю, отвезти ее в Новгород, откуда только князь и мог получить дань с Заволочья. После монголо-татарского нашествия на Новгород была наложена дань — выход, иногда называемый черным сбором, то есть повальным, поголовным налогом. Сбор этого черного бора обычно поручался великому князю Владимирскому, который чаще всего также являлся и князем Новгородским. Новгородцы сами собирали черный бор и доставляли его великому князю, а тот уже переправлял его в Орду. Кроме этого, князь пользовался в Новгородской республике различными судебными и проезжими пошлинами, разными рыбными ловлями, сенокосами, бортями, звериными гонами. Но пользование этим происходило по строго определенным правилам, в строго определенное время и в строго обусловленных размерах. Князь не мог иметь своих источников дохода в Новгородской республике, независимых от Новгорода. Особым условием в рядах новгородцев с князьями запрещалось князю, княгине, их боярам и дворянам приобретать или заводить села и слободы в Новгородской земле и принимать людей в заклад, то есть в личную зависимость.

Князь был необходим Новгороду не только для обороны границ, но и для обеспечения торговых интересов Новгородской республики. Князь обязывался давать новгородским купцам в своем княжестве безопасный и свободный проезд, пускать их в свои владения «гостить без рубежа», то есть без задержки. Было точно определено, какие пошлины взимать с каждой новгородской ладьи или воза, которые приезжали в его княжество. В Новгороде еще в XII в. появились купцы из Западной Европы. Первыми здесь обосновались купцы с острова Готланд из города Висби, который был центром всей балтийской торговли. Готландские купцы построили в Новгороде на Торговой стороне у торга двор с церковью святого Олафа, которую называли «варяжской божницей». Позже купцы из других немецких городов построили в той же части Новгорода еще один двор, на котором в 1184 г. была построена церковь святого Петра — «немецкая ропата». С усилением Ганзы в XIV в. немецкие купцы в Новгороде вытеснили готландских купцов и стали нанимать их новгородский двор. В это время высшее руководство новгородско-западноевропейской торговлей перешло от Готланда к главе Ганзейского союза Любеку. Новгородская республика очень дорожила своей балтийской торговлей и давала огромные льготы Ганзейскому союзу. Князь имел право участвовать во внешней торговле только через новгородских посредников, не имел права закрывать немецкий двор, ставить к нему своих приставов, то есть новгородская внешняя торговля была надежно защищена от княжеского произвола.

В договорах Новгородской республики с князьями обойдена молчанием одна важная сторона взаимоотношений князя и Новгорода — оборона Новгородской республики от иноземных захватчиков. Лишь в позднейших грамотах упоминается, что в случае нападения на Новгород князь обязан помочь Новгороду «без хитрости». Права и обязанности князя в грамотах излагаются неясно, они только предполагаются, очерчивается их круг и следствия, то есть вознаграждения за исполнение обязанностей.

Посадник — это высшее выборное должностное лицо, являвшееся исполнительным органом веча, которому передавалось управление делами республики. Официально он избирался вечем из числа всех полноправных граждан Новгорода, но фактически посадник избирался из немногих знатнейших родов Новгородской республики. Посадник избирался из знатных боярских фамилий. Пока он занимал свою должность, он назывался степенным (т. е. сидевшим на «степени», трибуне во время веча), когда избирали нового посадника, прежнего именовали старым. Посадник обычно служил «пока люб», смена посадников вызывалась, как правило, распрями между боярскими родами. Будучи, по сути дела, главой республики, посадник председательствовал на вече, вел международные переговоры, а также участвовал в суде, контролировал князя, в военное время возглавлял полки.

Область деятельности посадников была очень обширной. Они направляли деятельность всех лиц Новгородской республики, осуществляли контроль за их работой, совместно с князем ведали вопросами управления и суда, командовали войсками во время походов, наблюдали за строительством оборонительных сооружений, вели дипломатические сношения с другими русскими княжествами и иностранными государствами, руководили заседаниями Господы и вечевыми собраниями. Посадник, как представитель города, охранял интересы Новгорода и всей Новгородской республики перед князем. Без него князь не мог судить новгородцев и раздавать новгородские волости. В отсутствие князя посадник управлял всем городом. Посадник не получал определенного жалованья, но пользовался особым налогом с волостей, называвшимся «поралье».

Тысяцкий являлся вторым после посадника по значению в Новгородской республики лицом. Тысяцкий занимался регулированием торговых отношений, торговым судом, созывом ополчения, обороной города и республики, имел полицейские функции. Он также, как и посадник получал свои полномочия на неопределенный срок, имел в подчинении целый штат мелких агентов, исполнявших различные судебные и административно-полицейские распоряжения, объявляли решения веча и призывали к суду, извещали суд о преступлении, производили обыски и т.д. Кроме этого, тысяцкий занимался военным судом — судом над собранными ополченцами. По мнению С.Ф. Платонова тысяцкий избирался в противовес посаднику из низших классов новгородского общества, но это мало вероятно. К тому же против этого мнения говорит то, что во второй половине XV в. тысяцким был Дмитрий Борецкий, сын посадника Исаака Борецкого и Марфы Борецкой, происходивший из очень знатной и влиятельной семьи.

Также одной из важнейших выборных должностей в Новгородской республики был архиепископ, называемый новгородцами владыкой. После отсоединения от Киевской Руси в 1136 г. епископ Новгородский стал избираться вечем. Вече выбирало три кандидатуры на этот пост и бумажки с этими кандидатурами клали на престол Софийского Собора, а потом слепой или мальчик выбирал одну из бумажек. Человек, имя которого было написано в этой бумажке, становился епископом Новгородским, а с 1156 г. — архиепископом Новгородским. Из этого правила было одно исключения: архиепископ Новгородский Аркадий сам назначил себе приемника. Архиепископ Новгородский председательствовал на заседаниях Господы, осуществлял право церковного суда, наблюдал за торговыми мерами и весами, был хранителем государственной казны. К его голосу постоянно прислушивались высшие чины новгородской администрации. Архиепископ являлся крупнейшим феодалом Новгородской республики, владел обширными землями, образовавшимися, в основном, из конфискованных владений князя.

Система органов, осуществляющих правосудие в Новгороде и Пскове, имела свои особенности. Для нее характерно широкое участие в правосудии веча, правда, со временем все более убывающее. Как свидетельствуют летописи, вече осуществляло суд по наиболее опасным для государства преступлениям. Известны случаи, когда на вече производилось и дознание. Ни в Новгороде, ни в Пскове князья не имели права судить единолично, что специально записывалось в договорах с ними. Но они судили вместе с посадниками, а также представителями бояр и житьих людей. На местах тоже дела рассматривались коллегиально княжескими людьми и представителями пригородов. Судебными полномочиями обладали все органы власти и управления: вече, архиепископ, князь, посадник, тысяцкий. При вступлении в должность выборные приносили присягу («крестное целование»). Изображение новгородского суда можно найти в сохранившейся части Новгородской Судной Грамоты. Источником Судной Грамоты являлась «старина», то есть юридические обычаи новгородского суда и его практика, договоры с князьями и постановления веча. Суд не сосредотачивался в отдельном ведомстве, а был распределен между разными правительственными властями. Суд был очень доходным, что и служило причиной его раздробления между различными органами управления. Возникновение новых правительственных институтов вносило осложнения в существовавшую судебную систему. По договорным грамотам князей с Новгородской республикой князь не может судить без посадника. Так и по Новгородской Судной Грамоте посадник судит вместе с наместником князя, а «без наместника суда не кончает». На практике эта совместная юрисдикция посадника и наместника разрешалась тем, что уполномоченные того и другого, тиуны, каждый отдельно разбирали подлежавшие их рассмотрению дела в своих «одринах» при содействии избранных тяжущимися сторонами приставов, но не решали дел окончательно, а переносили их в высшую инстанцию или на доклад, то есть для составления окончательного решения, или на пересуд, то есть на проверку, для пересмотра дела и утверждения положенного тиуном решения. В суде этой докладной и ревизионной инстанций с посадником и наместником или с их тиунами сидели 10 присяжных заседателей, по боярину и житьиму от каждого конца. Они составляли постоянную коллегию докладчиков, как они назывались, и собирались на дворе новгородского архиепископа «во владычне комнате» три раза в неделю под страхом денежного штрафа за неявку. Судопроизводство усложнялось еще комбинациями разных юрисдикций в смешанных делах, где встречались стороны различных подсудностей. В тяжбе церковного человека с мирянином городской судья судил вместе с владычным наместником или его тиуном. Княжеского человека с новгородцем судила особая комиссия, состоявшая из двух бояр, княжеского и новгородского, и, если они не могли согласиться в решении, дело докладывалось самому князю, когда он приезжал в Новгород, в присутствии посадника. Тысяцкий судил преимущественно дела полицейского характера. Но он же был первым из трех старшин в совете, который стоял во главе возникшего в XII в. при церкви св. Иоанна Предтечи на Опочках купеческого общества («Иванское сто») и ведал торговый суд. Этот же совет с участием посадника разбирал дела между новгородцами и купцами немецкого двора в Новгороде.

Псковская судебная система несколько отличалась от новгородской. В Пскове суд разделялся на две части: церковный и мирской. Церковный суд находился в ведении наместника новгородского архиепископа. Мирские дела решались специальной судебной коллегией, состоявшей из князя или его наместника, двух степенных посадников, старых посадников и сотских. Эта коллегия заседала в судебне «у князя на сенех». Псковская судебная система описана в Псковской Судной Грамоте, составленной в 1467 г. Псковская Судная Грамота составлена в основном из «псковских пошлин» — юридических обычаев. Псковская Судная Грамота трудна для объяснения: в списке немало древнерусских терминов, не встречающихся в других правовых актах того времени, многие предусматриваемые законом случаи рассматриваются очень кратко, намеками.

Традиционно споры между духовенством, церковными людьми, а также дела, подлежащие церковной юрисдикции, решались церковным судом. До 1385 г. такой суд вершил московский митрополит у себя или во время своих поездок в Новгород. С 1385 г. право суда было передано новгородскому архиепископу, который судил с участием представителей бояр и житьих людей. Дела, в которых одна сторона подлежала церковной юрисдикции, а другая — светской, рассматривались смешанным судом, состоящим из представителей духовенства и городских властей. Псковская Судная Грамота знает и суд братчины. Исследователи видят в нем пережиток древнего общинного института. Ю. Г. Алексеев установил, что братчина — это соседская территориальная община сельчан или уличан, совпадающая с церковным приходом. Суду братчины подлежали мелкие ссоры, кражи на пиру.

История Новгородской республики не знала круговорота политических форм. Жизнестойкость ее поразительна. При исключительно бурной истории, очень частой смене властей государственный строй оставался в основных чертах неизменным, хотя классовые противоречия нарастали и это побуждало боярство консолидировать свою власть (возникновение боярского совета). Причина подобной стабильности заключается, вероятно, в длительном естественном ходе становления республики, выросшей из переходных форм от родового строя к государственности. Республика возникала на более низком уровне классовых противоречий и классовой борьбы, чем большинство самоуправляющихся европейских городов. Это привело к редкому сочетанию элементов монархии, аристократии и демократии, которое позволяло укреплять фактическую власть бояр, не упраздняя демократических форм и используя их в борьбе с князьями. Секрет прочной власти боярства в том, что оно сумело монополизировать все стороны экономической, социальной и политической жизни, врасти в жизнь города и лишить другие слои населения политической самостоятельности. Боярские междоусобицы создавали видимость борьбы, которая, наряду с могуществом бояр и сохранением пережитков патриархальных отношений, мешала другим слоям населения осознать свои собственные интересы. Конечно, есть все основания говорить о противоречиях между аристократией, богатыми торговыми слоями и социальными низами в Новгороде, но в четкие формы они не вылились. Больше того, они тормозились и затушевывались повседневным совпадением бытовых интересов, поддерживаемых давними традициями клановости, родства и соседства.

Заключение

История Новгородской и Псковской феодальных республик, как и вся Русская история, очень поучительна. История Новгорода и Пскова говорит нам, что у России есть опыт построения демократического государства, насчитывающий, по крайней мере, три с половиной столетия. Разумеется, никто в Средние века не рассуждал о правах человека и свободе слова, но основной принцип, запечатленный в самом названии демократии (народовластие), был определяющим в новгородском государственном устройстве; новгородцы назывались вольными гражданами Новгорода.

Государственный строй Новгородской республики — клубок противоречивых начал. Власть князя и власть народного собрания, влияние черных людей, составлявших большинство на вече, и привилегии боярства, самоуправление центра и урезанные права провинций переплелись в Новгороде и составляют его неотъемлемые черты. При характеристике каждой из этих черт важно соблюсти меру и избежать преувеличения роли отдельных сторон новгородской государственности, не упустить из виду их взаимосвязи.

Так, называя Новгород республикой, мы должны помнить об ограниченном характере ее гражданства и учитывать, что в государственных делах не принимали даже формального участия жители всех волостей и пригородов. Таким образом, республиканское, применительно к главному городу и отчасти к пригородам, Новгородское государство было вполне самодержавным по отношению не только к колониям, но и к землям, считавшимся исконно новгородскими. И это соответствовало феодальному характеру государства, его главному антагонизму — между живущими в городах землевладельцами и эксплуатируемым крестьянством. Предоставив улицам и концам значительную самостоятельность и право выбора администрации, что позволяет говорить о началах самоуправления, Новгород выступает по отношению к пригородам и волостям как строго централизованное государство, управлявшее провинциями через должностных лиц, назначаемых центром. В этом сказался колониальный характер республики, послуживший одной из причин ее внутренней слабости.

Определить форму государства в Новгороде не так просто. До сих пор нет полной ясности в понимании видов республиканского правления, но главная сложность — в приложении теоретических представлений к реальным явлениям, которым чужда стройность абстрактных схем. Прежде чем предпринять попытку решения этой проблемы, обратимся к уже накопленному опыту.

Многие из современных ученых считают Новгород и его право примером построения демократии в России. Новгород прошел длительный период политической эволюции, прежде чем установился республиканский развитый строй. История Новгородской земли наиболее обеспечена источниками, как письменными, так и археологическими. Её своеобразный вечевой строй (отчего она и получила уже в XVIII веке название республики) издавна привлекал и западных и отечественных историков. Стоит ли говорить, что во все времена интерес историков к Новгороду во многом определялся политическими симпатиями. В XVIII-первой пол. XIX вв. Новгородская республика была символом абсолютного народовластия, что наиболее полно выразилось в работах Н. М. Карамзина. Радищев, декабристы, М. Ю. Лермонтов и Герцен воспевали новгородскую государственность, как хрестоматийный идеал борьбы с самодержавием. В трудах историков второй половины XIX - начала XX вв. (В. О. Ключевский С.Ф. Платонов), а так же в советской историографии, новгородский "демократизм" признавался иллюзорным, демократия существовала исключительно в "ее боярском варианте", вся власть принадлежала сравнительно немногочисленным крупнейшим землевладельцам - боярам. В 1960-70 гг. на основе археологических данных было даже высказано предположение, что в собраниях знаменитого всенародного новгородского веча на самом деле могли участвовать лишь представители нескольких сот боярских семей (что на современном уровне в принципе подтверждается источниками, в частности договорной грамотой 1264 года, составленной при участии одних «старейших» - бояр). Частые восстания рядовых новгородцев воспринимались как непосредственное проявление классовой борьбы. Драматическое присоединение Новгорода к Москве - одно из самых ярких и сложных событий отечественной истории - воспринималось, как прогрессивное событие. Одной из главных причин падения новгородской республики виделась в несовместимости общерусских интересов и узкой новгородской верхушки, не получившей поддержки со стороны собственного народа.

В западной и современной Российской историографии в рамках общего пересмотра прежних схем Отечественной истории, всё чаще видят в Новгородской Республики корни демократического политического устройства. То есть, того, к чему мы, как считают, теперь возвращаемся. ¶Появилась версия, что антибоярские восстания простых новгородцев не имели классовой подоплеки. Положительным моментом считают также отстраненность Новгорода от общерусских интересов, и прежде осуждаемая историками попытка новгородской литовской партии передать свою землю под власть Литвы. Многие даже пишут, что за переход к Литве стояли все новгородцы.

Если сравнивать Новгородскую и Псковскую республики, то разницу между ними отметил еще В.О. Ключевский: «Переходя в изучении истории вольных городов от новгородских летописей к псковским, испытываешь чувство успокоения, точно при переходе с толкучего рынка в тихий переулок». Псков, как город с малой территорией, достиг централизации в управлении, которой не мог достигнуть Новгород. Пригороды Пскова были или административные, или военные посты, которые выставлял Псков на литовской и ливонской границе, но эти пригороды не имели самостоятельности. Псков настолько владел ими, что переносил их с места на место и налагал на них наказания. Благодаря малой территории, боярские владения не достигли в Псковской земле таких размеров, как в Новгороде, вследствие чего не было большой разницы состояний; низшие классы не находились в такой зависимости от высших, и боярский класс не был таким замкнутым, как в Новгороде. С другой стороны, бояре не держали в своих руках политическую судьбу Пскова, как это было в Новгороде. Вече, которое в Пскове было мирным, избирало обыкновенно двух посадников (в Новгороде же вече избирало только одного), часто их сменяло и успешнее контролировало. Все общество имело более демократический склад с преобладанием средних классов над высшими. Если Новгород менял князей «как хотел», то для Пскова князь был «главным судьей и гарантом правопорядка вечевого города-земли».

Но князь был ограничен вечевыми органами, то есть в Пскове мы видим настоящую конституционную монархию, где князь является гарантом государственного устройства, в то время как в Новгороде таким гарантом выступает вече. Из этого явно следует, что Псков имеет больше прав считаться демократическим государством, чем Новгород. Того внутреннего разлада, какой губил Новгород, не было. Самостоятельность Пскова пала не от внутренних его «болезней», а от внешних причин – от усиления Москвы, которым выражалось стремление великорусского племени к государственному объединению.

Опыт истории Новгородской и Псковской феодальных республик важен для современной России его традициями демократического самоуправления, интеграцией в европейскую экономику, первыми центрами грамотности, древними традициями высокой духовной и материальной культуры. Все эти достижения Новгорода должны стать плодотворным материалом для творческого осмысления исторического пути России и поиска путей ее лучшего будущего.

Список использованной литературы


    Алексеев Ю.Г. Псковская Судная Грамота и ее время: развитие феодальных отношений на Руси в XIV-XV вв. М., 2005;

    Алёхин Э.В. История государственного и муниципального управления в России: Учебное пособие. - Пенза: Пенз. гос. ун-т, 2007;

    Беляев И.Д. История русского законодательства: Учеб. для студентов вузов, обучающихся по юрид. спец. / МВД России. С.-Петерб. ун-т. - СПб.: Лань, 2006;

    Данилов А.А. История России с древнейших времен до наших дней в вопросах и ответах. - М.: Проспект, 2009;

    Исаев И.А. История государства и права России Учеб. пособие. – М, 2007;

    Исаев И.А. История государства и права России. Русские княжества в условиях политической раздробленности. – М, 2006;

    Красильникова Т.К. История государства и права России. – Волгоград, 2007;

    Колотилова С.И. Псковская феодальная республика // Псковский край в истории России - Псков, 2006;

    Мартышин О. В. Вольный Новгород. Общественно-политический строй и право феодальной республики. — М.: Российское право, 2002;

    Орлов А.С., Георгиев В.А., Георгиева Н.Г., Сивохина Т.А.. История России. Учебник.— М.: «Проспект», 2007;

    Петров А.В. От язычества к святой Руси. Новгородские усобицы (к изучению древнерусского вечевого уклада). СПб., 2003;

    Поляк Г.Б. , Маркова А.Н. История России. Изд. 3-е, перераб. и доп. - М.: Юнити-Дана, 2009;

    Проценко Ю.Л. Государство и право Руси в период феодальной раздробленности (XII – XV вв.). - Изд-во Волгоградского государственного университета, 2007;

    Проценко Ю.Л. Древнерусское государство и право. – Волгоград, 2006;

    Пузанов В.В. Народ и власть в городах - государствах Древней Руси // История России. Народ и власть: Учебник для вузов. - СПб., 2005;

    Фалалеева И.Н. Политико-правовая система Древней Руси IX-XI вв. - Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2007;

    Чистяков О.И.. История отечественного государства и права. Новгородская и Псковская феодальные республики, 2007;

    Янин В.Л. Новгородские посадники. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2003;